Кроманьонец

Может, Тою удастся договориться с Ниером об обмене? Табу ведь нет! В моём будущем были, кажется, фьючерсы? Лоси – так называли себя чужаки – отдадут нам одежду сейчас, а мы им потом подгоним, например, горшки! А если вдруг сами додумаются слепить, то можно предложить пилы. С этой мыслью я собрался выйти из чума, как вижу, Ниер сует мне какой-то пучок травы.

– Ты меня угощал, и я тебя угощаю.

Беру, засовываю в рот и жую. Поначалу чувствую вкус обычной высушенной травы, потом будто язык онемел и рот сразу же наполнился слюной.

Хотел сплюнуть, но, заметив пристальный взгляд вожака лосей, проглотил. Сразу же стало хорошо…

Связанные кожаными ремнями руки затекли, пробую пошевелить ногами, констатирую, что они тоже связаны. В чуме я один. Снаружи ночь. Лоси не спят, шумно там. Празднуют, наверное. Слышу за «стенкой», будто кто-то роет землю. Прислушиваюсь. Точно роет. И когда грязная, вся в земле морда Муськи стала тыкаться в лицо, на глаза навернулись слёзы.

Переворачиваюсь на живот и пытаюсь растянуть ремни на руках.

Волчица помогает. Вцепилась зубками в ремешки и мотает туда-сюда головой. Ремни ослабли, и я смог высвободить руки. Больше времени ушло, чтобы распутать узлы на ногах.

Через прорытый Муськой лаз выбрались наружу. Небо хмурое, ни звёзд, ни луны не видно. Вспоминаю, будто приходил уже в себя, когда по реке плыл в лодке (!). Но всё было словно во сне: то ли со мной, то ли привиделось. От травки Ноера меня посещали всякие глюки.

И будущее виделось, и события из этой жизни.

Ползти, красться не вижу смысла. Одет я так же, как и похитители, а заметит кто ползущего человека – наверняка насторожится. Говорю про себя: «Ничто и ничего не случится со мной без воли на то Всевышнего» – и спокойно иду на журчание воды.

В темноте чуть было в воду не вошёл. Споткнулся вовремя о корягу. Присел, ощупываю влажное дерево. «Что-то на корягу не очень похоже. Точно, лодка!»

Переваливаюсь через борт внутрь. Муська тоже впрыгивает.

Руки шарят вокруг, нахожу вроде весло. Отталкиваю им лодку от берега. Медленно, но она движется по скользкому берегу. Опустил в воду пальцы, чувствую течение. Решаю, что поплыву по нему, раз путь наш лежал сюда против него. Представляю маршрут, пройденный Белками, надеясь, что топографическим дебилизмом не страдаю. Но оказалось, сделать это сложно, ведь Той срезал дорогу по лесам и лугам. Буду держаться левого берега. Авось доплыву.