Виктор

Да он и не задумывался об этом – времени на праздные размышления у него просто не оставалось. К тому же у него были теперь дом, еда, хорошее отношение Джеймса и его друзей. Остальное не имело значения.

Жозефина, – так звали дочь Джеймса, – дома практически не появлялась. Её жизнь проходила в разъездах, так что родным домом для неё были кареты, каюты кораблей или купе вагонов поездов. Виктор видел её только один раз, в середине лета, когда она ненадолго вернулась домой.

Она сама нашла Виктора в саду, где он читал рекомендованную Джеймсом книгу.

Было ей чуть больше двадцати. Немного худая по меркам тех лет, она была чуть выше среднего роста. У неё было привлекательное лицо, точёные руки, густые тёмные волосы и удивительно красивые, выразительные глаза, чёрные, как ночь.

– Позвольте вас поблагодарить, – сказала она приятным голосом, – если бы не вы… Не знаю, что бы со мной было… надеюсь, вам здесь нравится?

– Если честно, мне некогда об этом думать, – с улыбкой на лице ответил он.

– Я очень рада, что вы остались с нами.

– Почту за честь.

Извинившись, она покинула Виктора. В тот же день она уехала из дома. А вечером Виктор поймал себя на том, что думает о ней.

– Этого ещё не хватало, – сказал он себе, понимая, что эта возникшая вдруг симпатия ни к чему хорошему не приведёт.

3

Воспоминания ворвались в сознание Виктора, как снаряд в пороховой склад. Он словно заново переживал все эти события, настолько ярко и чётко проносились они в его сознании.

– Что случилось? – спросил он недовольно.

– Извините, сэр, но уже скоро полдень. Я пришёл узнать, всё ли в порядке, но вы были здесь без сознания. Я испугался, и…

– Всё нормально, Саймонс, я вспоминаю. Можете возвращаться.

– Извините, сэр, но вам надо поесть и хоть немного отдохнуть. Вспоминание отнимает огромное количество сил.

– Всё в порядке, Саймонс, я чувствую себя прекрасно.

– Ваши ощущения обманчивы, сэр.

Поняв, что Саймонс от него не отстанет, Виктор почувствовал досаду.

– Ладно, наверх так наверх, – недовольно согласился он.

Только выйдя из подвала, Виктор понял, насколько сильно устал. Его ноги подкашивались, а руки тряслись.

– Вам надо отдыхать, сэр, – отечески произнёс Саймонс, – иначе вы добьётесь полного истощения своей нервной системы задолго до того, как вспомните самое главное.