Виктор

 – Через несколько минут к твоим услугам будет горячая ванна, и уже завтра ты будешь с жалостью вспоминать о своих кусачих друзьях.

– Не думаю. К тому же вряд ли эти твари не умеют плавать, – возразил Виктор.

– О, для них у меня есть сюрприз, – Джеймс поставил на тумбочку пузырёк с маслянистой жидкостью цвета оливкового масла.

– Где ты это нашёл? – удивился Виктор.

– Предусмотрительно захватил из дома.

– И всю дорогу молчал?!

– Ты бы всё равно не смог этим воспользоваться. Ладно, желаю удачи.

Едва за Джеймсом закрылась дверь, Виктор скинул с себя одежду и принялся с остервенением натираться средством от вшей.

Комната наполнилась резким, неприятным запахом, который начал разъедать глаза. Виктор едва дождался приглашения в ванную.

– Прополоскайте вот в этом, – попросил он служанку, всучив ей свою одежду и бутылочку с лекарством.

Ночью Виктор не смог сомкнуть глаз из-за вызванного ядом страшного зуда и вони, против которой мыло оказалось бессильным. Утреннюю зарю он встретил как избавление.

За дверью послышались долгожданные шаги.

– Вы просили разбудить на рассвете, месье, – сказала хозяйка, заглянув в комнату, и закашлялась от едкого запаха яда.

Если бы не Джеймс, она наверняка закатила бы скандал ещё вечером, когда Виктор, источая нестерпимую вонь, ринулся в ванную. Но Джеймс…

– Можно вас на пару слов, мадам? – спросил он, беря её за руку, когда она шла приглашать Виктора в ванную, – дело в том, что наш друг опасно болен… О нет, не беспокойтесь, эта болезнь не передаётся, иначе мы бы не путешествовали с ним в одном экипаже, – поспешил он заверить её, почувствовав, что она напряглась.

 – Его болезнь не опасна для окружающих и даже не заметна на первый взгляд. Но лекарство… Оно имеет специфический запах… Вы понимаете? – и прежде, чем она успела открыть рот, Джеймс продолжил. – Надеюсь, вы проявите к нему сострадание и такт.

Говоря это, он положил в карман фартука хозяйки крупную купюру, достаточную для того, чтобы превратить её в ангельски милую женщину.

Сытно позавтракав, путешественники покинули гостиницу. Свежий утренний воздух немного поднял настроение Виктора, но едва он приблизился к карете, в нос ударил тот же едкий запах, заставивший Виктора отскочить от кареты, словно там пряталась ядовитая змея.

Это вызвало у его спутников приступ громкого смеха.

– А как ты хотел. Твои друзья наверняка расползлись по карете, – объяснил сквозь смех Джеймс. – Ничего, мы откроем окна.