Виктор

Поэтому я буду очень признателен вам, если вы, пусть даже из сострадания ко мне, возьмёте его с условием, что если вдруг вы совершенно случайно встретите графа де Макона, и письмо не успеет потеряться…

– Хорошо, молодой человек, раз вы настаиваете, я возьму конверт. Но я ничего не обещаю.

– Благодарю вас, святой отец. Надеюсь, вы не откажетесь от небольшого пожертвования для вашей церкви?

После разговора со священником Виктор вернулся в номер гостиницы.

Уже темнело, когда в дверь постучал посыльный.

– Простите месье, – сказал он, – но вас спрашивает господин по поручению графа де Макона.

– Скажите ему, что я сейчас спущусь.

В холле Виктор увидел человека средних лет в прекрасном дорогом костюме, который шёл ему не больше, чем корове седло. Даже существо с Марса, появись оно в холле гостиницы, не приняло бы его за какого-нибудь буржуа. Этот человек мог быть флибустьером, наёмником, убийцей, боевым офицером… Было видно, что он привык повелевать и подчиняться приказам.

– Месье Бержье? – спросил он.

– С кем имею честь?

– Следуйте за мной.

Повернувшись на каблуках, он твёрдым шагом направился к выходу из гостиницы.

– Одну минуту, месье! – остановил его Виктор.

– В чем, чёрт возьми, дело?

– Я хочу удостовериться, что вы именно тот человек, которого я жду.

– Это ваше? – спросил он, вытаскивая из кармана конверт, который несколькими часами ранее Виктор передал отцу Бертрану. Только теперь конверт был пуст.

– Вы меня убедили, месье.

– Тогда следуйте за мной.

Они вышли из гостиницы и сели в карету, стоявшую прямо у входа. Внутри было ещё двое крепких молодых мужчин, род занятий которых не вызывал никаких сомнений.

– Надеюсь, месье Бержье, вы понимаете, что мы вынуждены предпринять некоторые меры безопасности?

Виктор согласно кивнул.

– Тогда вы не будете возражать против обыска.

– Нисколько, – согласился Виктор.

Они обыскали Виктора самым тщательным образом.

– А теперь наденьте, пожалуйста, вот это, – попросил один из мужчин, кладя на колени Виктору маску, полностью закрывающую глаза.

Только когда Виктор повиновался, карета тронулась в путь. Ехали чуть более получаса, или около того. Разумеется, Виктор даже не пытался считать повороты или удары сердца. Подобные методы хорошо выглядят только на страницах малоправдоподобных книг. На практике же такое может себе позволить разве что человек с трижды феноменальной памятью. Феноменальной памятью Виктор не обладал.

Наконец, карета остановилась.