Глава 23

Но это не помешало ему выпить пару рюмок концентрированной кислоты.

Шеппарду, скорее всего, объяснили, что он может стать следующим номером в списке самоубийц. Инспекция любит подобные приемы. Стоит тебе, пусть ты даже трижды Шеппард, перейти ей дорогу, и ты либо труп, либо, если тебя посчитают полезным, внештатный сотрудник, работающий ради сохранения своей жизни и жизни близких людей.

– Остается надеяться, что Шеппард – достаточно больной мозоль, чтобы заставить их зашевелиться, – сказал санитарный инспектор, после долгого раздумья.

– Может, прокомментируешь для особо тупых? – спросил Носатый.

– Шеппард слишком заметен, чтобы действительно быть одним из тех, кто заказал эту мелодию. Он никто или хвост ящерицы. Стоит нам потянуть за него, и ящерица ускользнет, оставив в качестве трофея свой бесполезный хвост. Я же хочу взглянуть на ее голову.

– Что ты предлагаешь?

– Для начала стоит заставить Шеппарда запаниковать. Ты займись его домом, а я загляну на пару слов к нему в офис.

День выдался ненастным. С неба летел коктейль из дождя и снега, какими нас нередко угощает природа.

Дождавшись какого-то спешащего бедолагу, санитарный инспектор, он был в своей невидимой ипостаси, прошмыгнул вместе с ним в здание корпорации. Сработал металлодетектор, – инспектор нес с собой целый арсенал, – и опоздавшим клерком занялись охранники.

Теперь надо было дождаться пустого лифта. Несколько квадратных метров были слишком маленькой территорией, чтобы позволить себе подниматься с попутчиком.

Ждать пришлось долго – в центральном офисе было людно. Наконец, один из лифтов оказался невостребованным, и санитарный инспектор вошел внутрь. Дождавшись, когда закроются двери, он нажал на кнопку верхнего этажа. Офис Шеппарда находился под самой крышей, половину которой занимал его личный сад, где он собственноручно рыхлил землю и пропалывал сорняки. Правда, ему в этом помогали две дюжины садовников.

Добравшись до верхнего этажа, санитарный инспектор зашел в туалет, где активировал цереброчип человека средних лет в хорошем костюме и дорогих туфлях.

Тщательно рассмотрев себя в зеркале, он вышел из туалета, прошел по коридору и вошел в приемную Шеппарда, где, словно пчелы роились секретари. Один из них, угрюмого вида крепыш с мордой уголовника-рецидивиста или аристократа в первом поколении, заступил санитарному инспектору дорогу.

– Простите, сэр, но… – только и успел он сказать.