Игра небожителей

Но если хотите, мы можем сделать ваше задержание максимально публичным. Желания постояльцев для нас закон.

Не знаю, мне показалось, или Вечеровский съязвил.

– Прошу, – сказал он, вставая с кресла.

Я тоже встал и проследовал в сопровождении свиты в лице Вечеровского и усмирителя к машине. Когда мы подошли, дверь открылась. Внутри салон выглядел почти так же, как обычное пассажирское отделение такси, только кресло было сверхпрочным, а на уровне лица пассажира на ветровом стекле демонстративно красовался баллончик с обездвиживающим газом.

«Интересно, сколько владельцы отвалили властям за эту конспирацию?» – подумал я, садясь в машину. Когда я оказался на месте, дверь транспорта закрылась и меня с характерным легким щелчком опутали сверхпрочные ремни безопасности, обездвиживающие после первой же попытки совершить несанкционированное движение не хуже усмирителя. Столь демонстративное принуждение к покорности было не столько средством безопасности, сколько первичной деморализацией и лишением задержанного воли к сопротивлению.

Меня, по крайней мере, это раздавило практически полностью. Я почувствовал себя беспомощным, маленьким человечком в руках… нет, лучше сказать, в лапах правоохранительного монстра. Настроение стало таким, что даже в петлю с лучшим лезут. Думаю, для гарантии меня накачали каким-нибудь подавляющим волю и вызывающим депрессию препаратом, а иначе как объяснить столь сильную эмоциональную реакцию? Это предположение пришло мне в голову значительно позже. Тогда я просто растекся медузой по сиденью и еле сдерживал себя, чтобы не разреветься в голос, как в детстве. Псевдотакси взмыло вверх, и мы полетели в сторону восходящего солнца.

О том, что со мной будет в полицейском участке, думать совсем не хотелось, и я в отчаянной попытке взять в руки то, что от меня осталось, уставился в окно на раскинувшийся внизу не засыпающий город, являющийся приложением к отелю для самых влиятельных и богатых людей Системы.

Вдруг транспорт как-то неестественно дернулся и буквально через секунду дернулся еще раз. После этого он рванул вниз и резко остановившись, завис в паре метров над землей. Затем прежде, чем я успел поблагодарить судьбу, – я уж, было, решил, что мы на полном ходу вмажемся в землю, поставив этакую точку из искореженной техники и человеческих останков в моем деле, – дверь открылась, ремни отстегнулись и возникший в моей голове голос приказал:

– Прыгай.