Комедианты

Какая-то тревога прочно удерживала мое сердце.

– Сразу после еды построение возле столовой! – прокричал дежурный санитар и закашлялся.

Шел пятый день нашего заточения, пятый день жесточайшего отбора. Каждый день отсеивалось по несколько человек, и к этому дню нас осталось: 20 мужчин, 20 женщин и 10 детей возрастом от 8 до 14 лет.

В столовой все только и говорили о предстоящем построении, означающем наступление перемен. Одни их ждали, другие боялись, третьи старались ни о чем не думать, четвертые…

До меня долетали отдельные фразы из всеобщего гула голосов.

– Настало время, – произнес напыщенно толстячок с багровой лысиной.

– А что вы такой торжественный? – вступила в разговор бесцветная дама средних лет в больших, портящих ее очках.

– Ну как же? Время миссии наступило, – ответил мужичок и посмотрел на даму так, словно она одна не знала о миссии.

– Какой миссии? Вы о чем? – не унималась дама.

– Ну как же… Нас собрали, выбрали лучших…

– Вот-вот, – перебил его молодой парень спортивного вида, – отобрали, весь вопрос в том, для чего?

– А, может, нас все-таки отпустят? – заметила девица лет 16 с прыщавым лицом.

– Щас, догонят и еще отпустят, – оборвала ее дама в очках. – Так бы тебя тут кормили, чтобы отпустить.

– Все ж лучше, чем неизвестность, – вздохнул старичок с семитским лицом.

Все верно, неизвестность была хуже всего. С самого утра у меня болела душа, ныло сердце и было повышенное желание сбежать, спрятаться, забраться под кровать.

Это была паника соло, паника одного человека.

На построении санитары провели перекличку, потом пересчитали нас, словно мы могли куда-нибудь деться с этой подлодки, и только после этого повели в кинотеатр.

На сцену по случаю водрузили небольшую трибуну, возле которой стояли рослые санитары. Нас разместили в передних рядах. Через несколько минут на трибуну быстрой походкой взошел Цветиков.

– Товарищи! – начал он свою речь. – Вас отобрали для добровольного участия в социально-психологическом эксперименте.

Вам предстоит провести здесь какое-то время, строго выполняя все наши требования. Требований или правил будет немного, но каждое из них, я повторяю, каждое обязательно для исполнения. Иногда правила будут меняться…

– Вы говорите, добровольного. А если я захочу отказаться? – перебил Цветикова здоровый битюг.

– Вы можете уйти.

– Что, просто встать и уйти?

– Сначала вам надо будет подписать некоторые бумаги, и все, собственно.