2045-й. На пути к Человечности

Дадажонов: А ты, Анюта, что думаешь?

Анюта: Хариса ведь ещё и раскулачили в коллективизацию. Правда, не сослали. Ему было-то всего 12 лет, но он при матери был единственным мужчиной. И потом ещё арестовывали. И в тюрьме он, наверное, много пережил.

Дадажонов: Да, сложное время и трудная судьба. Но прав ли был Харис Миндубаев в своей обиде на Бога? Вот сегодня в передаче «Критерий истины» выступали представители ислама и православия – что бы они могли сказать, чтобы переубедить нашего солдата?

Анюта: Я не знаю, что бы сказали мулла и батюшка, но я чувствую, что Бог не обиделся на Хариса Миндубаева.

Из отзывов

Замечательно! Мне правда очень понравилось) И как Артём задал вопрос, а ему отвечали. И мама умница) И сама беседа, когда искренне вместе ищут ответы. И с госпланом, который начинает понимать – как, отталкиваясь от образа будущего, снижать вектор ошибки. Тут вообще много сразу направлений для развития сюжетной линии возникает.

Интересное сочетание тёплых семейных и романтических отношений с серьёзными философскими вопросами.

Близко к образу Ефремова. У меня такая двойная мысль: с одной стороны – будет ли эта история интересна для широкого круга, а с другой – так хочется, чтоб больше людей интересовалась такими рассказами.

Хочу тезисно обсудить несовпадения взглядов…

«Организация жизни: всё те же школы, ЗАГСы, учителя, священнослужители…»

Про священнослужителей. Встречаются мнения, что в будущем все конфессии исчезнут. Но что же они не исчезли за 70 лет Советского Союза, где атеизм был основой государственной идеологии? Также они не исчезнут за 23 года до описываемого будущего.

Да и не нужно это. Я вижу другой возможный процесс – преображение существующих религий и конфессий через образование и диалог между собой, с обществом и жизнью. Ответьте себе на вопрос – сегодня вы бы хотели видеть в мечети такого хазрата, а в РПЦ – такого батюшку? Я бы хотел. Да и сегодняшние хазраты со мной с удовольствием общаются (к батюшкам выхода пока нет).

2045-й. Целомудрие

7 января 1943 года. Нижний Тагил. Военный госпиталь. Харис Миндубаев в военной форме заходит в палату, где провёл полгода, попрощаться с товарищами. На его груди две медали – «За отвагу» и «За боевые заслуги». Последняя нашла солдата за время нахождения в госпитале.

Петров (бывший рядовой-новобранец из 2 части): Ого! Впервые вижу тебя с наградами!

Миндубаев: Я и сам себя впервые в зеркало увидел.