Байрон

Принимая во внимание, что Командир служил в ГСВГ – Группе советских войск в Германии, то у него была просто исключительная форма, материал-офицерский ПШ, хромовые сапоги с галифе и кантом (можно было в ботинках и брюках, но галифе красивее), белые аксельбанты через правое плечо, фуражка с высокой тульёй и дополняли наряд белые перчатки и ремень. Шик! Блеск! Красота!

Вовка рядом с ним смотрелся гадким утёнком, правда он был старшим по званию-сержант, а не – младший, но это не важно. Он во всем слушался Командира и тоже одел свою дембельскую форму, поэтому мы выглядели просто красиво.

Упасть и умереть! Что почти и делали проходящие мимо нас девушки, восхищённые взоры, которых мы наблюдали, кося глазом на них и печатая шаг. Правда иногда нас отлавливал военный патруль, и его начальник долго рассматривал наши документы и красивый вид, долго расспрашивал про ГСВГ и внимая нашим мольбам, что можем опоздать на экзамен, входил в положение, со смехом отпускал, желая удачи на экзаменах и сразу снять форму после их сдачи.

А со сдачей было не все гладко, несмотря на наш бравый военный вид на некоторых экзаменах приходилось иногда волноваться. Вот женщины-преподаватели ставили четвёрки иногда просто так – за красоту и лихость, а вот на математике мы «горели синим пламенем» сидели и вместе потели над логарифмами утираясь аксельбантами, когда к нам подошёл преподаватель и участливо спросил: «Что тяжело ребятки?». «Тяжело – тяжелее чем на учениях, ведь ещё три месяца назад мы бегали за БТР с автоматами наперевес вместо авторучек.

Вспышка-слева, вспышка-справа!» Мужик-преподаватель прочувствовался моментом, всхлипнул видимо что-то вспомнив, вытер глаза платком и поставив нам по тройке выгнал с экзамена. Зато на сочинении Командир отыгрался, пафосно описав посещение советского воинского мемориала в Трептов парке Берлина, «где русский солдат спас немецкую девочку» и получил заслуженную пятёрку.

Ну, вот экзамены все сданы, военная форма снята и упакована в чемоданы и через некоторое время на доске объявлений в ГАКе мы увидели свои фамилии в списках зачисленных.

Тогда же на «абитуре» в общаге БКК мы познакомились и с Байроном, по-моему, это даже он дал Вовке эту кличку «Сапог», сказав, что это перевод его фамилии с украинской мовы. Хотя из симферопольского пацана Байрона тот ещё хохол, как из Сапога балерина. По вечерам они на пару, сидя на лавочке у входа в БКК, пели песни, подбадривая изнурённых экзаменами ошалелых абитуриентов.