Куба – Любовь моя

Вытащив её из воды на причал себе под ноги, тут же они, не боясь её извивающегося как змея тело быстро и бесстрашно затоптали ногами и унесли добычу довольные собой. Мне даже как-то стыдно стало за свой дневной испуг, правда это была очень маленькая мурена…

Вечером довольный поездкой и отдыхом вернулся в свою отельеру и сразу на балконе подвесил на крючки найденные на дне Карибского моря красивые ракушки для их дальнейшей обработки – вытягивания моллюска, чистки, выбалтывания и покрытия лаком. Затем взяв из рефрихадора-холодильника банку пива, сел в удобное деревянное кресло и посматривая на старую крепость Хагуа и заходящее солнце стал вспоминать все перипетии этого дня.

«День без пива – время на ветер!»

Вождь Таино Атуэй

«Да были люди в то лихое время…»

Вернулся с очередной оперативки с кубинскими начальниками Сирило и Алеманом, которых наш главный инженер Дудик безуспешно пытался убедить в срочном увеличении объёмов строительных и монтажных работ, а то никакого пуска первого блока в 1993 году не будет.

В прорабке, завешенной чертежами и схемами на стенах, уже набился, как на большое оперативное совещание народ – контрпары и шефы, даже из соседней комнаты притащив стулья присели скромно у стенки хохлы из ЮТЭМа Малик и Салий.

– Так что ты нам хотел рассказать про вождя Атуэя – спросил у Монтесино любопытный Серёга Фукс.

И Монтесино продолжил свой рассказ…

– Вы знаете наверно, что на Кубе давно ещё с 1926 года выпускалось марка пива под названием «Атуэй», которое кстати любил Эрнест Хемингуэй.

Это пиво впервые случайно сварил для себя винодел и производитель знаменитого рома Факундо Бакарди, но затем пустил его в продажу и им потом запивали курицу с рисом все кубинцы. Сейчас его правда мало выпускают, только на экспорт, а больше делают новый сорт пива «Кариб». Так вот на его этикетке был изображён горбоносый профиль индейского вождя на фоне карты острова.

– Так в нашем баре Анжела наливает пиво в зелёные бокалы с профилем индейца, их ещё и в магазине-тьенде нам продают как кухонную посуду, – воскликнул Серёга.

– Точно, это он, – подтвердил Монте и продолжил.

Атуэй был вождём племени, то есть кациком с острова Гуахаба на Гаити. Там он тоже боролся с конкистадорами, которые вооружённые арбалетами и аркебузами наводили ужас на индейцев, и с четырьмя сотнями своих единомышленников бежал на Кубу. Здесь он собрал вождей местных племён и заявил им:

Памятник вождю Атуэю в Баракоа.