Куба – Любовь моя

Получив известие о смерти мужа Изабель, не умерла сразу от тоски, а решила покинуть Кубу и начала распродавать своё имущество на аукционах, при этом она долго судилась с партнёром мужа Понсе де Леоном. Тот требовал половину доходов де Сото от походов в Перу и Никарагуа, мол якобы его обманули при дележе. Процесс был долгим и затяжным, из его материалов можно узнать, что супруги владели несколькими плантациями, ранчо, где разводили крупный рогатый скот, 18 слуг-рабов и множеством мелких вещей. После продажи всех вещей с аукциона Изабель собрала около 4 тысяч песо золотом, которые использовала для возвращения в Испанию.

Умерла Изабель после долгой болезни на родине в 1554 году в своей спальне, где на стене напротив кровати висел портрет мужа Эрнандо де Сото. Конечно, её судьба не так поэтична, как в легенде, но наверно более соответствует дерзкой позе Хиралдильи и улыбке на её губах.

С тех пор как Хиралдилья заняла своё место над крепостью Реаль-Фуэрса и Гаваной, красивая легенда о силе духа и верности кубинских женщин вдохновляла не одно поколение гаванцев.

Хотя это всего лишь красивая легенда, как и в случае с вождём Атуэем. Хиралдилья при ближнем рассмотрении вовсе не выглядит скорбящей, она стоит в дерзкой позе присущей почти всем кубинским женщинам, высоко вскинута её изящная голова, ну губах играет улыбка, левая рука с крестом Калатрава небрежно откинута назад, а правая нога выдвинута вперёд, красиво выделяя выпуклое бедро.

Монтесино закончил рассказ и замолчал, долгое время прорабке стояла тишина, потом раздались женские всхлипывания…

– Изабель всё-таки жалко, – почти рыдала толстушка Катя, а кубинка Сильвия, наоборот, гордо посматривала на всех, мол да мы все такие здесь!

– Наверно она и здесь всё сердцем чувствует, подумалось мне.

– Да надо будет в Гаване сходить и посмотреть на эту старую крепость и эту Хира, как там Дилью, а Хиралдилью, а то всё по магазинам мотаемся, – заключил Серёга Фукс.

Хиралдилья продолжает гордо парить над Гаваной.

– А что же вы, уважаемый, в Гаване не живёте, если родом оттуда, – вежливо спросил Профессор у Монте.

– Я хотел учиться в Гаванском университете, но родина послала на учёбу в СССР, я хотел вернуться в Гавану, но родина после учёбы послала меня по распределению сюда на строительство атомной станции, – ответил ему Монтесино, – а вообще-то здесь мне сразу дали трёхкомнатную квартиру, а в Гаване я бы с семьёй ютился у родителей.