Битва за Курилы

И самое неприятное – он ни в какую не соглашался заранее сообщать о времени выезда, хотя бы за пару часов, чтобы можно было успеть быстренько накрыть предполагаемый район прогулки в радиусе 10–15 километров и хорошенько его прочесать. Единственное, на что удалось уговорить Президента, – посадить на макушках самых высоких сосен снайперов, которые высматривали через лазерные прицелы подозрительных граждан. Но много ли увидишь в лесу?

Когда Президент отошел на пару десятков метров, помощник быстро достал мобильный и тихо сообщил кому-то:

– Первый – в тринадцатом, идет к Синичке.

Дмитрий Владимирович продолжал бег. Ему нравился сегодняшний морозный денек, может быть, последний настоящий зимний день в нынешнем году, и этот густой подмосковный лес возле Красногорска. Дела и заботы, от которых зависела жизнь миллионов людей, постепенно отступали.

Неожиданно лес расступился, и Президент увидел впереди широкую речную долину с темнеющим внизу берегом Синички, поросшим высокими ивами.

Он невольно остановился.

Места, открывшиеся перед ним, нельзя было назвать живописными. До самого небосклона тянулись заснеженные поля, на которых кое-где виднелись небольшие рощи. Картина была хмурой, мрачной и однообразной. Лишь из-за низких туч иногда выглядывало одинокое око солнца, и сердце Дмитрия Владимировича сжималось от восторга…

Вдруг позади снова раздался шорох и поскрипывание снега под полозьями лыж.

Президент резко обернулся. Знакомый желтый силуэт помощника в надвинутой на глаза серой шапочке мелькнул среди деревьев.

– Какого черта?! – негромко выругавшись, Дмитрий Владимирович резко оттолкнулся палками и заскользил вниз по склону.

Когда-то в студенчестве у него был первый разряд по лыжам. Авось ноги-то помнят…

Пробежав метров двести, он снова оглянулся. Помощник не отставал. Глеб был моложе на двадцать лет, и, конечно, его подгонял приказ начальника охраны не упускать шефа из вида.

Президента внезапно охватил азарт. Это чувство было знакомо еще с детства, но всякий раз оно приходило как будто впервые. Тяжкий груз ответственности, давивший на плечи, был мгновенно забыт, чувство всепоглощающего мальчишеского задора нахлынуло на него. Сейчас Дмитрий Владимирович знал только одно: надо не дать себя догнать.