История и тайны Северной столицы. Загадки земли сестрорецкой

 – А, Вень? – Вот, найдём вдруг и всё тут! Что тогда с ним делать будем? – А?

– Да успокойся ты! Какой там клад?! – Лучше погляди-ка!

Борис тоже задрал голову к небу, где в это время, – а погода была что надо, лётная: ни единого облачка! – где два спортивных ЯК-18-х, словно выпендриваясь друг перед другом, выдавали такие штуки, что было чем полюбоваться!

Вот один из них, заложив мёртвую петлю и находясь уже в самой верхней точке её траектории, сделал вдруг вид, что вконец обессилел и… – Борька даже охнул тут! – начал заваливаться на крыло и, кувыркаясь по-всякому, падать камнем вниз с заглохшим мотором… и лишь у самой земли запустив двигатель, стремительной свечкой взвился ввысь! Другой же самолёт в это время летел вниз кабиной, будто забыв перевернуться, а затем, набрав высоту и совершив полукруг, тоже свалился вниз, кувыркаясь и будто передразнивая первого.

– Ух, ты-ы! Вот это да-а! – Боря восхищённо следил за двумя самолётами, пока они, спустившись друг за дружкой, не приземлились на аэродроме в Горской, скрывшись за редколесьем.

– Молодцы, ребята! – Веня тоже не смог удержать восторга. И то правда! – Мастерство лётчиков ДОСААФ (Добровольное Общество Содействия Армии, Авиации и Флоту), которому принадлежал аэродром, росло на глазах! А ведь было время…

Вениамину вспомнилось вдруг, как ещё четыре – пять лет назад, когда на аэродроме в Горской только-только начинали тренировать лётчиков, – им этого самого мастерства и не хватало.

Взлетит, бывало, вот такой ЯК-18-й, и тут же у него мотор глохнет… и планирует он над полем, над детским садом… – ребятишки, словно горох, рассыпаются с громким визгом во все стороны! – а затем, чихнув два – три раза, мотор вдруг запускается вновь, и самолёт, еле-еле перевалив через провода телеграфной линии, начинает набирать высоту.

А со стороны аэродрома уже донёсся приглушённый расстоянием гул мотора трудяги АН-2, который выруливал на взлёт.

Затем, сделав короткий разбег, он начал помаленьку набирать высоту.

– Сейчас парашютистов выбрасывать будет, – сообщил доверительно Борька.

Биплан же, грузно и неспешно забравшись на верхотуру, и вправду, начал тем временем вымётывать из своего брюха одну за другой маленькие точки, – ну словно лягушка икринки! – делая круг за кругом.