Горчаков. Коммандер

Впрочем, мне очень быстро стало не до них: красный аэроплан, похоже, решил довести дело до конца и прикончить меня самостоятельно. Он стремительно сползал по разломанным балкам – искореженные лопасти винта шустро приближались, и мне пришлось откатиться в сторону, чтобы не быть размазанным.

А потом девчонка снова возникла прямо передо мной. Весила она раза в полтора меньше, но силищей обладала изрядной. Да и драться учил ее явно не дилетант: таких движений я не видел отродясь. Это мало напоминало бокс или обычный кулачный бой.

Моя противница орудовала руками, ногами, локтями, коленями… и с борцовской техникой определенно была «на ты». Попавшись на обманный выпад, я подставил бок под захват и едва снова не оказался на полу. Выручила комплекция – после года тренировок с Андреем Георгиевичем и в юнкерском я набрал изрядно мышц и оказался слишком тяжелым, чтобы девчонке удалось провести быстрый бросок.

Я вывернулся, отмахнулся локтем и добавил рукой – увесисто, с поворотом всего тела. Может, не слишком удачно, но даже взрослого мужчину такой удар наверняка заставил бы… скажем так, задуматься.

А девчонка только отпрыгнула, тряхнула головой, вытерла рукавом куртки разбитую губу – и снова поперла вперед.

Воспитание, полученное в княжеской семье, отчаянно мешало бить женщину в полную силу, но пара увесистых тумаков по ребрам и в висок быстро доказали, что правилами великосветского этикета порой стоит пренебречь. В конце концов, судьба свела меня не с какой-то разряженной фифой из салонов столичной знати, а с опытным офицером рейха.

Так что миндальничать определенно не стоило.

Махать руками и ногами девчонка умела явно получше всех, с кем мне приходилось драться раньше. Пожалуй, даже получше меня – а вот опыта ей все-таки не хватало. А в таких делах он нередко оказывается куда важнее хитрой техники, силы и даже яростного настроя на победу. Мы где-то с полминуты колошматили друг друга с переменным успехом, но потом я кое-как изловчился снова поймать ее за одежду.

Резко дернул, перехватил понадежнее – и рванул вбок так, что ноги девчонки на мгновение взлетели чуть ли не выше головы. А потом с мстительным удовольствием обрушил ее спиной на пол; раздался хруст. Костей… или досок, а то и очередных перекрытий. Рухнувший с чердака аэроплан явно не собирался останавливаться на достигнутом и теперь с сердитым громыханием ворочался где-то сбоку, проламывая себе путь дальше вниз. К тому же откуда-то заметно потянуло дымом.