Горчаков. Лицеист

Прямо напротив входа.

Глава 5

– Знаешь, почему мы носим эти знаки на одежде?

– Черные черепа? Они… они страшные.

– Может быть. Это особый знак. Его использовали…

– Давно? Еще до войны?

Я открыл глаза. И тут же заслонился рукой от солнца – лучи пробивались между шторами и лупили прямо в лицо, разгоняя остатки сна… Очень странного сна.

– Вставайте, князь, вас ждут великие дела.

Костя заерзал на стуле, потянулся и откинул со лба волосы. Длинные и чуть вьющиеся. Темные – однако не черные, как у отца и нас с Мишей, а отдающие рыжинкой.

Дед все время ворчал, что старший брат испортил всю горчаковскую породу: уродился рослым, но худосочным – да еще и с голубыми глазами.

Как у мамы.

– Давно тут сидишь? – спросил я.

– Минут десять, – пожал плечами Костя. – Не хотел будить.

– А как же дела? Тебя в Зимнем не ждут?

– Да ну их… – Костя махнул рукой. – Денек обойдутся и без меня. Может же наследник княжеского рода, в конце концов, лично забрать из больницы родного брата?

– Забрать? – удивился я.

 – Прям уже вот так?

– Прямо так. Княгиня Бельская убеждена, что ты здоров… даже слишком. – Костя подхватил со стула брюки и бросил на кровать. – Так что надевай штаны – и айда выписываться.

Здоров, и даже слишком. Похоже, мои вчерашние подвиги уже известны брату. А может, и не только ему.

– Уже рассказали? – мрачно вздохнул я, засовывая ноги в штанины. – Деду?..

– И деду тоже. – Костя поморщился, будто вспоминая что-то особенно неприятное.

 – Так что пощады не жди.

– Да и ладно! – Я сердито рванул рубашку, натягивая рукав. – Пусть хоть что делает – извиняться не стану. Буду я еще слушать, как этот козел меня и всю семью опускает!

– Опускает? – зажмурившись, повторил Костя. – Слово-то какое… Так ты, выходит, за дело?..

– Ага. – Я поправил ворот. – За себя – ну и за деда тоже. А ты бы как сделал?

– Я бы… – Костя почесал подбородок и вдруг хитро улыбнулся. – Что, прямо вот так? Воронцову – по морде, кулаками кровь пустил?

Я не стал отвечать.

Но брат ничуть не рассердился – скорее наоборот. В его глазах вдруг мелькнула хулиганская искорка. Та самая, которую я почти не видел со смерти родителей. Тогда он превратился из просто Кости в Константина Петровича, князя, члена Государственного совета, фактического главу рода – вместо удалившегося на покой деда… Превратился так быстро, что сам не успел заметить.

– Ладно, пойдем, герой. – Костя хлопнул меня по плечу и шагнул к двери.