Горчаков. Лицеист

 – Дуэльный кодекс не содержит прямых указаний на этот счет, но мы все знаем примеры, когда драться выходили юноши пятнадцати или даже четырнадцати лет… Увы, наши деды взрослели куда быстрее.

Андрей Георгиевич, до этого молча подпиравший стену широченной спиной, шагнул вперед. И я на мгновение испытал что-то вроде страха из детства – настолько жутко выглядел одноглазый бритый дядька с огромными усами, вся правая половина лица которого напоминала один сплошной рубец.

Даже Костя не знал, откуда взялся страшный ожог, – а я уж тем более.

Мы с Андреем Георгиевичем будто существовали в разных мирах. Я слышал, как его называли «ваше благородие» или «барон». Знал фамилию – Штольц – и то, что деду служил еще его отец. Мне не приходилось видеть Андрея Георгиевича в мундире, однако выправка выдавала в нем то ли вояку, то ли полицейского в отставке. Не случайно он ведал охраной усадьбы… а может, и вообще всей службой безопасности рода – я никогда особо не интересовался.

А стоило бы.

– Да нету никакого кодекса! – рявкнул дед.

 – Где написано? Государыня императрица узнает – с обоих шкуру спустит и разбираться не станет.

– Дуэльный кодекс никогда не существовал в виде документа. Даже неофициального. – Голосом Андрея Георгиевича можно было заморозить целое озеро. – Однако данный свод правил соблюдается… практически неукоснительно. Помнится, даже вы в двадцать третьем году…

– Ну хватит уже! – Дед негромко выругался себе под нос. – Без тебя знаю. Ты лучше сказал бы, как мне внука выручить.

– К сожалению, возможности Александра Петровича и Воронцова несопоставимы… на данный момент. – Андрей Георгиевич пристально посмотрел на меня, и я снова ощутил уже знакомое покалывание. – Но специально для таких случаев в дуэльном кодексе допускаются исключения. Вместо родового Дара можно использовать шпагу или пистолет. А по праву вызванного оружие выбирает Александр.

– Фехтовать Саша не умеет, – вздохнул Костя. – Стрелять – тоже.

– Как и Воронцов.

 – Андрей Георгиевич невозмутимо пожал плечами. – Он старше и сильнее, так что шпага, наверное, отпадает… А вот с пистолетами на двадцати шагах они будут в равных условиях.

– Наверняка мы оба промахнемся. – Я, похоже, уловил ход мыслей безопасника. – И тогда Воронцов может считать конфликт исчерпанным. Вряд ли ему захочется продолжать и становиться врагом всего рода.

– Не захочется, – кровожадно процедил Костя. – Уж я позабочусь.

– И ты туда же.