Пятый посланник. Книга 2

Наш короткий полет, завершившийся неожиданным купанием в ледяной ванне, вряд ли пошел Мерукану на пользу, но, похоже, хотя бы привел в чувство.

– Агни всемо-мо-мо-могущий! – выдохнул он, хватаясь за меня холодными пальцами. – Где м-м-мы?

– Откуда мне знать, глиняная твоя голова? – Я кое-как вытащил его из сугроба. – Я ничего не вижу!

– О… оглядись! – Мерукан стучал зубами, и слова давались ему с трудом. – Ну-ну-нужно… огонь!

Неплохо бы – но где его взять? Может, Анора смогла бы разжечь костер даже здесь, но я пока еще не научился вызывать пламя из снега, льда и камней… И вряд ли когда-нибудь научусь.

Ветер завывал где-то в темноте над головой, но сюда, в засыпанную снегом расселину, ему было не добраться. Стало теплее – настолько, что я, пожалуй, смог бы просидеть здесь хоть до самого утра… Но Мерукану эти часы точно не пережить.

– Сейчас… Что-нибудь придумаю. – Я выпрямился и огляделся по сторонам. – Поищу укрытие.

– Что там? – Мерукан вытянул дрожащую руку и указал в темноту передо мной.

 – Ты видишь?

Антака наделил меня сверхчеловеческой силой и могуществом Джаду, но не потрудился усилить зрение – и тут я, похоже, уступил даже Мерукану. То, что он смог разглядеть в кромешной темноте, я заметил, только когда подошел ближе.

Что-то вроде… пещеры?

Я сделал еще несколько шагов, и снег под моими ногами сменился чем-то твердым и трескучим. Я опустился на корточки, и мои пальцы тут же наткнулись на…

– Дерево! – крикнул я.

 – Иди сюда!

Наверняка это можно будет как-нибудь поджечь! Я набрал целый ворох длинных корявых сучьев. Холодных, но, похоже, все-таки не отсыревших: на такой высоте снег вряд ли тает даже днем.

– Огниво… в… в мешке, – простонал Мерукан, кутаясь в одеяло у темной стены пещеры. – Я не смогу.

Раньше огонь разводил всегда он, и я провозился чуть ли не четверть часа. С бензиновой зажигалкой или спичками дело наверняка пошло бы куда быстрее, но орудовать в темноте крохотным кусочком шероховатого камня и странно изогнутой металлической пластинкой оказалось не так просто.

С ними без труда управился бы сам Мерукан или какой-нибудь бойскаут, а мои руки, похоже, годились только для драки или переноски тяжестей. Искры летели щедро, но предпочитали обжигать задеревеневшие от холода пальцы, а не трут. И только когда я ножом наскреб чуть ли не целую горсть стружек из сухой сердцевины деревяшки, у меня получилось.