Видящий. Путь домой

Я слишком увлекся, пытаясь дотянуться до болтавшегося передо мной жирного троллиного брюха – и Горм тут же наказал меня за излишнюю наглость. От удара громадного кулака из моих легких разом вышел весь воздух, а сам я отлетел назад и врезался спиной в ель. Здоровье разом уползло ниже половины, и я тут же перестал чувствовать левую ногу. Похоже, повредил позвоночник – даже игровое тело Антора имело свой запас прочности, и я стремительно приближался к его пределу. Щит треснул, а меч улетел куда-то в сторону и скрылся в снегу.

Хис буквально исполнял фигуры высшего пилотажа – огромный черный Ворон увернулся от неуклюжего взмаха дубиной, взмыл вверх, прямо на лету перекинулся в Волка и вцепился в длинное зеленое ухо Горма. Тот заревел – похоже, острые зубы фамилиара нащупали какую-то особенно чувствительную точку. Но если и так, сил тролля боль не лишила. Он бросил дубину, обеими руками обхватил вцепившегося в него Хиса, оторвал – вместе с половиной уха – и с размаху приложил об дерево. Хис, не издав ни звука, свалился в снег безвольным комом черного меха.

И тут же растаял – удрал в мир духов залечивать раны, оставив меня одного с голыми руками…

За неимением лучшего, я вытянул из инвентаря посох Гримнира. Дурацкая затея – лупить палкой по шкуре, которую еле прорубал меч. Но хоть какое-то оружие все же лучше, чем ничего. Тролль с утробным урчанием устремился ко мне, явно собираясь снова отправить меня к Хель… а я даже не испугался. Плескавшаяся внутри ярость выжигала и страх, и даже базовый инстинкт самосохранения.

Я шагнул навстречу Горму – точнее, запрыгал – левая нога до сих пор упорно отказывалась слушаться.

– Иди сюда, зараза. – Я дважды стукнул кончиком посоха по земле. – Я тебя вы…

Получен новый предмет!

Я не успел дочитать огромное сообщение, которое выкатила мне Система. Посох Гримнира в моих руках задрожал… и начал меняться. В мгновение ока выпрямился и удлинился примерно на полметра. Узловатые сучки втянулись, а дерево под моими пальцами из шероховато-неровного стало гладким, отполированным.

А там, где только что торчал обрубок, появилось острие из серебристого, почти белого металла.

Копье!

Никогда – ни в реале, ни даже здесь я не пытался овладеть метательным оружием. Но тело уже действовало само. Я подкинул неожиданную обновку в воздух, на лету перехватил и, почти не целясь, бросил. Копье скользнуло по пальцам, свистнуло, устремляясь к Горму, и с влажным хрустом вонзилось в левый глаз, пробивая череп насквозь.