Туманность. Книга вторая. Явь мира Тантры

С багровым глазом в перекрестье. Давление на мозг идёт именно от него. Глаз-излучатель, глаз-мозг. Рядом крест чуть поменьше, за ними трёх и четырёхметровые. Вот кто оставил углубления в песке у Сферы прошлой ночью!

– Ц-целая семейка! – услышал Нур голос Ефремова и повернул голову.

Иван Антонович рядом, лица за прозрачным материалом шлема не разглядеть.

– Близится вечер. И перемена погоды, – сказал Нур, – Пора возвращаться, Иван Антонович. Подумаем, как их рассмотреть, завтра. Возможно, придётся переместить Ананду к обрыву.

И скомандовал:

– Народ, ускорить движение! Домой!

А поторопиться следовало. Вокруг крестов сосредоточились цветные плазмоиды числом не менее десятка, в отдалении – множество медуз. Над крестами вспыхивали и гасли языки пламени, множество огоньков образовывали странные контуры. Ясно – не одним электричеством питается это войско. И заряжено многими видами энергии.

Внутри Сферы, когда все сняли скафандры и привели себя в порядок, Ефремов не удержался и сделал интересный вывод:

– А ведь мы с Нуром наблюдали местный социум.

Или карикатуру на него. Не знаю… Крест – Король, рядом с ним Королева. Маленькие кресты, скорее всего – их потомство. К нам приближается правящая семейка. Медузы – их приближённые. Слуги, придворные. Все прочие – челядь, народ.

– Комикс получается, – заметил Демьян.

И принялся разъяснять Кее смысл земного слова. Взрослый гайянин едва ли стал его слушать. На Гайяне нет искусства и литературы в земном понимании. Даже аналогов.

Но Кея усваивает новое легко. Нур думал о предстоящем. Ночью, после погодного всплеска, кресты наверняка атакуют Ананду.

Но ночь прошла спокойно.

Спиралодиск

Брамфатура Эрланга запульсировала. Спящий фаэт явно реагирует на изменение внешних условий. Роух привёл экипаж в нужное место. Необходимо понять, какой из феноменов планеты Дахмау выделить в приоритет. Но решение придёт.

Нур посоветовался с Ефремовым. И Сфера опустилась в точку на пятьсот метров восточнее, оставив скопление человеческих костей позади.

Иван Антонович «включил» гайянское зрение и внимательно рассматривал жёлто-алый диск Железной звезды, окружённый багровым ореолом-кольцом. Солнце чёрного мира тонуло в тёмно-синем небе, украшенном редкими мутными пятнышками особо ярких звёзд.

– Я вспомнил, Иван, – сказал Нур, любуясь нечеловеческой гармонией небесных красок, – Имел я уже белую бороду, но без зелёной чалмы… Художник Геннадий Тищенко иллюстрировал твои книги.