Туманность. Книга вторая. Явь мира Тантры

Чакрвартином…

***

– Откуда взялась Сфера, Нур? – негромко спросил Ефремов, остановившись в десятке шагов от Ананды, – Это не механическая конструкция, не звездолёт… Нечто живое и разумное… Иногда в каюте, когда один остаюсь, жутко делается. Кто удовлетворяет все наши потребности? И так, что ни грязи от меня, ни отходов?.. Вижу, испытываю – и сомневаюсь! Не понимаю!

Нур улыбнулся, собрался его успокоить, заверить – понимание придёт, никуда оно не денется… Перед ними, будто ниоткуда, вырос громадный крест, украшенный по центру багровым глазом.

Нервную систему пронизал болезненный импульс, и словно все клеточки тела завибрировали. Нур усилием воли нейтрализовал атаку и повернулся к Ефремову. Тот застыл, словно статуя. Из памяти пришли фразы, запечатлённые в земном детстве.

«Что-то прошло сквозь его сознание, вызвало сокрушающую тоску в сердце, заставило подогнуть колени. Гордая воля человека сникла, заменившись тупой покорностью».

Так это ж свои переживания вложил Иван Антонович в Эрга Ноора! Никак не наоборот!

«Там, в воротах мрака, в клубах тумана, возникло движение формы, неизъяснимой для человеческого представления и тем более устрашавшей.

Это не была уже знакомая медузообразная тварь; в серой полутени двигался чёрный крест с широкими лопастями и выпуклым эллипсом посередине. На трёх концах креста виднелись линзы, отблескивавшие в свете прожектора, с трудом пробивавшего туман влажных испарений. Основание креста утопало во мраке неосвещённого углубления почвы».

Некоторые расхождения текста и реальности – не в счёт. В целом – всё так! Нур снял перчатки и поднял руки перед собой. От ладоней к кресту устремились два золотых шарика. Через мгновение крест рассыпался и обратился в горку чёрного праха, внутри которого ещё секунду-другую светил багровый глаз. Или сердце креста.

Ефремов снял шлем, перчаткой стряхнул со лба пот.

– М-мощный удар! – голос его прерывался, в глазах застыли слёзы, – Да, состояние моё как человека недостаточно качественное.

Есть куда стремиться, есть…

«Тара Патха»

Удар креста разбудил и в Ефремове сверхчувствительность. В совокупности со зрением Кеи-Самайры, к которому он успел привыкнуть, новые качества позволили видеть за пределами светового коридора, слышать ранее недоступное.

– Нам повезло, – оптимистично заявил он перед очередным выходом на исследование Дахмау, – Мир этот на основе углерода.