Человек в чужой форме

А впереди послышался сдавленный крик и шум падения.

Николай, припустившись под последнюю, самую крутую горку, еле успел сперва перепрыгнуть лыжи, отстегнутые и валяющиеся опасным крестом, а потом и затормозить. Оля стояла на коленках и ворошила какую-то кучу яркого тряпья.

Глава 3

– Т-твою ж…! – выругался Колька, освобождаясь от своих лыж.

Прямо на снегу валялась дамочка лет двадцати – двадцати пяти, одетая ярко и не по сезону: переливчатое платье с бессовестно низким вырезом, цигейковая шубейка – и почему-то чулки и туфли-лодочки.

На голове, за исключением рыжих кудрей, уложенных в сеточку с «мушками», никакого покрова не было. Длинная голая шея, посиневшие, растопыренные, должно быть, закоченевшие уже пальцы с длинными гладкими ногтями, обильно унизанные кольцами, серьги, шарики на нитках, зеленым стеклом усыпанные, неуместно ярко сверкали в побелевших ушах. Обвешана разным, точь-в-точь елка.

– Что делать-то? – растерянно пролепетала Оля.

– Дышит? – спросил он грубо и ткнул пальцем в белую шею.

Ага, что-то там прощупывалось. – Поднять ее.

Схватив дамочку под мышки, Колька потянул ее вверх, отметив невольно: «Ничего так кралечка, хорошенькая».

Более чем милым было это бледное личико со вздернутым носиком, родинкой над пухлыми губками, но как же плотно несло от нее! Дымом, табаком, духами, но более всего перегаром.

Оля хлопотала:

– Осторожно, не дергай. Вдруг перелом какой?

Колька огрызнулся:

– Сама тащи, цацкаться со всякими. Лыжи не забудь!

Вроде бы не особо тяжелая, но тащить-то ее придется, пожалуй, до самой больницы.

Сейчас в поселке мало кто остался, а те, что зимуют, вряд ли откроют среди ночи. Колька все еще соображал, куда податься со своей ношей, как решение пришло само, скользя с горки в сияющих сапогах. Человек в шинели нараспашку, подскочив на последней кочке, съехал и упал ребятам под ноги.

И хотя ударился сильно, только и выдохнул:

– Ох, граждане, – поднялся, отряхнулся и тотчас освободил Кольку от его бремени.

Держа дамочку без особого почтения, как портфель, под мышкой, проговорил быстро:

– Здешние? И на лыжах, хорошо. Дача по Нестерова, пять.

И велел:

– Сбегайте за участковым.

Из-под шинели блеснула красная звезда, Колька невольно подобрался.

– На седьмой даче телефон, – робко заметила Оля.

– Нет, не стоит людей беспокоить, – возразил военный, – а отделение недалеко. Номер пять на Нестерова, запомните?

– Есть, – кратко отозвался Колька.