Стальные Волки. Рождение Земной Федерации

Сейчас никто не скажет, что я полгода валялся в коме. А добавить сюда мои новые возможности, так и вообще. Коля мне завидует.

Тщательно прожевывая прочитанное, я засмотрелся на один из элементов брони. Через несколько секунд появилась надпись: «Сегмент брони, универсальный. Впервые был использован в российской армии с принятием на вооружение экипировки “Ратник 10”. На данный момент повсеместно используется в средствах индивидуальной защиты 5—6 класса, Тип Б, полужёсткой системы. Способен остановить поражающий элемент с кинетической энергией до 4000 Джоулей и импульсом до 20 кг*м/с.

Состав…» В этот момент я понял, что у меня очень мало времени, просто катастрофически не хватает 24 часов в сутках! У меня лицо вытянулось от осознания этого.

Используя свою абсолютную память, возможности импланта, я могу усвоить огромное количество информации и впоследствии использовать её, вот как сейчас с бронёй. Химия, биология, физика, электроника, все технические дисциплины. Все технологии, которые накопило человечество.

Да твою ж…! Всё что угодно, что можно прочитать или увидеть, можно запомнить и использовать. Да, это каждый может, но я-то на совсем ином уровне!

От перевозбуждения я вскочил и начал ходить по своей палате, нарезая круги, как будущий отец перед роддомом. В этот момент в палату зашёл Сергей Константинович.

– Михаил, с вами всё в порядке? – озаботился профессор, увидев такую картину. Я замер и улыбнулся.

– Профессор, со мной всё хорошо. Раньше я был очень благодарен вам за подаренную новую жизнь.

А теперь я думаю: если вернуть время вспять и я буду знать, что со мной произойдёт, всё равно полез бы в этот тренажёр.

– Даже так?! – профессор смешно поднял брови и вытаращил глаза.

– Да, именно так, Сергей Константинович. Вы просто не представляете, что я получил.

Профессор, видя моё состояние, взял меня под руку и повёл к креслам у окна.

– Ну-ка, ну-ка, молодой человек, присядьте и успокойтесь, – когда мы уселись, он продолжил: – А теперь расскажите мне, что случилось.

И я зарядил скороговоркой о своих мыслях и умозаключениях. Профессор внимательно слушал и на протяжении моего монолога становился всё грустнее и грустнее. А после откинулся на спинку и совсем погрузился в свои мысли.

– Сергей Константинович, что-то не так? На вас лица нет.

Профессор как-то вымученно изобразил улыбку на лице.

– Понимаете, Михаил, то, что вы мне сейчас рассказали, это прорыв.