Ружья и голод. Книга первая. Храмовник

Его посетила мысль, что если он когда-то сюда еще вернется, то будет уже совсем другим человеком.

Глава 7. Иные

Бомо рысью вел своего гнедого коня впереди. Он был шатеном, среднего роста и крепкого телосложения. Кудрявые волосы пробивались у него из-под шлема. Следом ехал док Хобл на мышастой кобыле. Он имел карикатурную для врача внешность – длинный острый подбородок, продолговатое тело, круглые очки на крючковатом носу и пытливый взгляд. Следом за ним ехал Белфард на Золотце и Моран на пегом скакуне.

Они пересекали внешнее крепостное кольцо Обители. Дождь закончился, и на смену ему пришло палящее полуденное солнце. В паре километров слева от них, в пределах кольца, виднелся шпиль башни – Храм Матери. Справа, под глубоким скальным обрывом, несла свои неспокойные глубокие воды река Кордия. При виде башни на Белфарда опять начали накатывать тоска и тревога. Он отвернулся и постарался отогнать их от своего сердца.

Претории-стражники, завидев их издалека, сняли засов и открыли ворота.

Калавий притормозил своего коня и достал карту. Белфард подъехал к нему и начал вглядываться в знакомые очертания Храмовых Земель.

– Будем двигаться до сумерек, а затем устроим привал здесь, – капеллан указал на небольшой овраг, шириной примерно в пятнадцать метров. – А утром двинемся к Восточному Дозору. До него примерно два дня пути. Там через мост мы выйдем из Храмовых Земель.

– Лучше будет устроить привал здесь, – Белфард провел пальцем от оврага чуть правее. – Справа нас прикроет ущелье, по которому течет Кордия, а тыл – вот эта гряда. По левой стороне выставим дозорных.

– Такая осторожность в Храмовых Землях излишня, но мне нравится ход твоих мыслей, он нам пригодится, – капеллан согласно покивал, выпуская густые клубы дыма. – Хорошо, так и поступим.

Они двинулись дальше. Моран ехал чуть сзади, по правую руку Белфарда. Он разглядывал эмблему трибуна, выгравированную ночью – рука, указывающая на костер вдали.

Белфард повернулся к нему и раздраженно бросил:

– Встань в цепочку впереди меня и не нарушай строй. Ты меня напрягаешь.

Моран послушно встал впереди. Они скакали по дороге, пересекавшей широкую балку, испещренную оврагами и руслами пересохших рек. Если бы дорога отсутствовала, передвигаться верхом по ней было бы проблематично.

В воздухе стояло раскаленное марево.