Пятьдесят оттенков хаки

На небольшой эстраде компактно расположился духовой оркестр. Во вмонтированных в стены зеркалах отражались тугие связки шаров и незамысловатые гирлянды из полевых цветов, по-армейски обрамленные еловыми ветками. Вход в зал был перекрыт алой атласной лентой. В холле слышалось волнение праздничной толпы, нетерпеливо напиравшей на солдат оцепления. Ревенко с новенькими погонами подполковника на плечах критично рассматривал Машу, ища, к чему бы придраться.

– Микрофон? – сухо поинтересовался он.

– Сзади вас. Исправно работает.

Она дала знак оператору, тот с удовольствием продемонстрировал звуковые возможности аппаратуры. От душераздирающего свиста у подполковника заложило уши, он поморщился и скрестил руки, давая отмашку. Солдат щелкнул тумблером, стало тихо.

– А поднос?

– Вот, – скрывая вздох, продемонстрировала Маша.

– Ножницы?

– Две пары. С янтарными ручками, как вы и рекомендовали.

– Салфетка…

– Целый рушник, – нахмурилась ведущая. – Призы участникам конкурса в большой коробке у сцены.

Шампанское и поднос с бокалами будет держать ваша супруга.

– Ножницы, конечно же, тупые, – процедил сквозь зубы шеф.

– Завхоз лично точил! – отчаянно выкрикнула собеседница. – Может, пора уже же звать начальство?

– Я сам знаю, когда и что пора! – отрезал Ревенко, уходя.

Вскоре во главе подуставшей от длительного ожидания толпы на пороге зала появились Петров и Бодров. Оба генерала были одеты в парадную форму и находились в приподнятом настроении. Сдерживая напор желающих отдохнуть, они замерли у красной ленты.

Маша протянула руководству космодрома поднос с ножницами. Бодров спешно взял одни из них, поднес к уху и несколько раз игриво щелкнул, проверяя остроту на слух. Рядом с богатырской фигурой красавца Петрова замполит выглядел до неприятия комично. Командир снисходительно посмотрел на своего заместителя сверху вниз и перевел взгляд на Машу. Персиковый цвет платья нежным румянцем отразился на ее пылающих от волнения щеках. Роскошные светлые волосы искрились в лучах солнца. Молодая женщина ловким движением поправила непослушные локоны, но глаз не отвела. Генералу это понравилось.

– Со сцены вы смотритесь выше, – добродушно улыбнулся командир и повысил голос. – Предлагаю доверить открытие зала его прекрасной хозяйке. Она это заслужила, – Петров торжественно передал ножницы Маше и подбодрил: – Смелее, желающие потанцевать заждались!

Смущенный поступком шефа, Бодров спрятал свои ножницы за спину.