Пятьдесят оттенков хаки

Оператор с опаской покосился на увенчанного короной юного попутчика и протянул ему огромный апельсин. Мальчик беззубо улыбнулся и сдержанно поблагодарил.

– Привет от местных бизнесменов, – Никита выставил на стол коньяк с шампанским и выложил разносолы. – Я их вчера заснял для перебивки. Весьма колоритные мужики. Сплошь в коже и мехах.

– Охотники?

– Заготовители, – подсказала гостья.

– Подношение от благодарных поклонников твоего могучего таланта, так сказать, – подмигнул оператор, протягивая объемный сверток.

 – А это – персональный привет от Курякина из нашего прошлогоднего сюжета. Поди, уже и забыла бородатого чудака?

– Такого забудешь, – нахмурилась Маша.

– Здесь сушеные грибы-ягоды, сладости и еще кое-что по мелочи.

– Мне, стало быть, одна мелочевка, – шутливо уколола коллега.

– Маня, бери свои слова взад, – в тон ей потребовал Никита. – Я тут пристегни кобыле хвост. Узнал он как раз тебя, – напарник демонстративно бросил гостинцы в угол. – Пока стоянка, могу и воротить.

– Поздно, батюшка, – заметив, что поезд тронулся, обнадежила журналистка.

 – Мечи все на стол – чай стынет.

– Зачет, – оператор потер руки и придвинулся ближе. – Не мог же я бортануть тружеников производственной нивы! Пустим массовочкой, без крупных планов, лучше молчком, а то они, как ты понимаешь, выражаются …не совсем литературно.

– Отчего ж не уважить земляков? – улыбнулась Маша.

Никита проворно накрыл стол, встал во весь рост, с нарочитой церемониальностью поклонился Ваську в пояс и пригласил:

– Угощайся, царь-батюшка, чем бог послал.

Гость не растерялся и выбрал самую большую шоколадку.

– Наш человек, – поддержала его порыв Маша.

– Не срамотись, – укоризненно одернула мальчика мать.

– Бери, бери, – запротестовал Никита, – для мозгов полезно. Тетя Маша у нас потому такая умная, что ест много сладкого.

– Не так уж много, – обиделась коллега.

– Я к слову, – шепотом пояснил оператор.

Гость степенно развернул плитку, глазами пересчитал присутствующих и поделил шоколад на пять частей.

Бережно завернув остаток, отложил его в сторону и лишь потом угостил взрослых.

– А это – Марусе, – чинно пояснил Васек.

Машу тронула подобная забота.

– Сестренке, – с гордостью пояснила тетка. – Добрый он.

– Мировой пацан, – согласился Никита.

– Толковый у вас сын, – поддержала Маша. – И рисует отлично. Вам бы следовало заняться его талантами всерьез.

– А он много чего хорошо делает, – зарделась от удовольствия мамаша.