Вперёд, плаксы!

– Обидеть норовишь?

Мы оба прыснули.

– Не в смысле обиды, – сказал я. – Просто ослаб.

– Ха-ха!

– Ей-богу. Вообрази, что ты оживила труп девицы, затратив уйму сил. И в это время я полезу к тебе с бурной страстью.

Зеленые Дашкины глазищи искрились.

– Будь уверен: даже если б я сама была трупом девицы, я бы ответила на твою страсть.

Мы рассмеялись, и я напомнил:

– Сейчас Илюшка вернется.

– Его проблемы, – заявила Дарья.

В сей момент послышалось громыханье вперемешку с чертыханьем, дверцы шкафа распахнулись, и в комнату ввалился Илья, мокрый с ног до головы.

Мы с Дашкой едва успели отскочить друг от друга.

– Представляете, там дождь! – посетовал Илья, стряхивая капли с бороды. – Только искупаться собрался – и полило! Еврейское счастье называется!

– Это ж надо! – посочувствовал я.

– Кошмар! – добавила Дашка.

Илья окинул нас взглядом.

– Поссорились, что ли?

Мы с Дарьей хохотнули. Она сказала:

– Обсуждали перспективы современной живописи.

Илья хохотнул за компанию.

– Дообсуждаетесь!

Я заглянул в шкаф, в котором не было задней стенки. Между вешалок с Дашкиной одеждой проглядывал цветущий луг далекой неведомой планеты. Мы успели так привыкнуть к этому пейзажу, что уже воспринимали его как часть нашей однокомнатной квартиры. Там действительно шел дождь. Я закрыл дверцу шкафа.

– Ладно, – вздохнула жена, – пора перекусить.

Илья покачал головой.

– Я пас. Недавно пошуровал у вас в холодильнике, так что… Мне бы только обсохнуть, не то простыну.

Дашка потрогала его рубаху.

– Гольдберг, без паники. Ты сухой, как младенец в подгузниках фирмы «Хаггис». – Она отправилась на кухню. – Сварганить, что ли, яичницу с ветчиной?

– И побольше! – откликнулся я.

Илья меж тем удивленно себя ощупывал.

– Только что был мокрым до нитки… – Он погрозил мне пальцем. – Мангустовские штучки!

Я поклонился.

– Не могу позволить, чтобы ты затопил мою квартиру.

– Резонно, – согласился Илья. – Не хочешь поработать в прачечной вместо сушилки?

– Подумаю.

 – Я подошел к окну. Здесь. В Москве, дождя не было. В стеклах дома напротив отражалось заходящее солнце. А во дворе, между красным «москвичом» и желтым такси, топтался здоровяк Серега с капитаном Сычовой. Рахмахивая увесистой сумкой, Светлана темпераментно что-то вдалбливала своему партнеру. Тот вяло ей возражал. – Прямо напасть какая-то! – вырвалось у меня.

– В смысле? – уточнил за моей спиной Илья.