Волчья кровь. Обращенный

Когда-то мы каждый день играли здесь с Доленом, Лавллом и Сиеллой. Сейчас этот зал не наполнялся веселым смехом, а хранил тишину. С моим отъездом тут ничего не изменилось, кроме настроения. Сейчас, заходя внутрь, чувствовалась суровость и мрачность. Уже не веяло теми теплыми воспоминаниями.

В центре зала была большая лестница наверх. Долен поднимался на второй этаж, а я медленно и нежно прикасалась к перилам. Частички души радовались возвращению домой.

Комната дочери вожака находилась на третьем этаже, так же, как и все комнаты семьи.

На первом находилась кухня и гостиная. На втором располагались комнаты для альфа-волков и их семей, библиотека. В отдельных коридорах находились лестницы в башни. Я бывала там каждый вечер с мамой. Вместе мы смотрели на садящиеся солнце, учили созвездия и наблюдали за лесом. Как же этого не хватало после ее смерти.

– Я сбегаю за обедом, – сказал Долен, вешая мою сумку на крючок.

– Не надо. Я сама спущусь, – попросила я, оглядывая свою комнату.

Комната очень просторная с большим гардеробом, кроватью с балдахином, столом, заваленным книгами и бумагами.

Была отдельная комната под ванну и открытый балкон. В мое отсутствие за комнатой тщательно следили. Все вещи лежали на своих местах, нигде не было пылинки. Когда я уезжала, у меня не было такой чистоты, насколько помню. Я собиралась в порыве чувств, все вещи точно были разбросаны. Неужели отец распорядился здесь прибраться?

– Ладно, тогда оставлю тебя одну. Ненадолго, – с этими словами Долен вышел, тихо прикрыв дверь.

Вздохнув, я стала раскладывать свои вещи. Я очень удивилась, увидев в шкафу нарядное платье. Наверно Сиелла постаралась. Я достала платье и приложила к себе. Оно было старого, средневекового типа со свободными длинными рукавами и шлейфом. Цвет самого платья был болотно-зеленым и хорошо выделял мои рыжие волосы. На талии широкий позолоченный пояс. Сиелла умела подбирать платья.

Мысленно поблагодарив подругу, повесила платье обратно. Быстро переодевшись в чистую одежду, направилась на кухню.

По запаху сразу поняла, что повара остались прежние. Еда была вкусной, как и четыре года назад.

Сидевший напротив Долен, не сводил с меня глаз. Это не давало нормально обедать.

– Дай мне поесть, потом будешь разглядывать, – попросила я, отправляя в рот кусок отбивной.

Долен смутился и занялся содержимым своей тарелки. Желудок радовался сочным и ароматным кускам отбивной в кляре и салатом. Только эти повара умели так великолепно готовить.