Семь горных воронов

 – Чего тебе?

Пока возница трясся и собирался с мыслями, карета все так же медленно ползла вперед.

– Т-там дорогу размыло, – кое-как выдавил Лухх. – Боюсь, увязнем. Может, остановиться?

Тут уже онемел Каэрвен. Госпожа закрылась темными занавесками и приказала не беспокоить, если только не случится чего-нибудь чрезвычайного. Большую лужу чрезвычайным происшествием не назовешь – не нападение разбойников ведь и не горный обвал. Но если карету остановить, госпожа точно забеспокоится и потребует узнать, в чем причина остановки и кто виноват.

Зная нрав леди Ворон, Каэрвен виноватым оказаться не хотел. Пока начальник стражи думал, а Лухх на него смотрел, лошади брели себе вперед, и вот уже копыта зачавкали по бурой жиже. Дальше, глубже, и.

– Назад! – рявкнул Каэрвен и даже дернул правую вожжу.

Лухх дернул левую, лошади вздрогнули, попятились, и карета намертво встала в раскисшей грязи.

– Ох, Небеса и предки мои! – вырвалось у Каэрвена.

Лухх судорожно сглотнул. Сзади послышались недоумевающие голоса – вся процессия встала.

К карете подскакали Дикий и Красный Вороны. Оценили обстановку, и Красный мрачно сказал:

– Н-да. Прелестно!

В карете распахнулось окно, и оттуда выглянула хмурая леди. Она посмотрела сначала на сыновей, потом вперед, на увязших чуть не по бабки лошадей, затем – на Каэрвена и Лухха.

– Ну и как вы это объясните? – сухо спросила леди Ворон.

– Дожди были, и с горы оползень сошел, вот оно и тово. – Лухх почтительно стянул шапку.

– Это понятно. Непонятно, почему ты сюда въехал.

– Так это лошади, – залопотал Лухх. – Я пока ждал распоряжения, они шли.

– А чьего ты распоряжения ждал?

– Господина Каэрвена, – хлопая глазами, объяснил Лухх.

– А чего ждал господин Каэрвен, понимая, что ты лезешь в топь? – холодно посмотрела леди на начальника стражи.

– Я. обдумывал положение, – брякнул Каэрвен, в ужасе понимая, что настал его последний день.

Услышав ответ, леди прикрыла глаза. Помолчала.

Где-то куковала кукушка, лошади вздыхали и всхрапывали, звеня удилами и встряхивая гривами. Мать Воронов открыла глаза и спросила у Каэрвена:

– И что теперь?

– Ну. – настала очередь Каэрвена судорожно сглотнуть. – Миледи, позвольте, я вынесу вас из кареты? Мы привяжем еще лошадей, подложим бревна и доски, подтолкнем сзади и выведем карету на сухое место. А потом засыплем топь, и все остальные тоже перейдут.

– Да, и потерям часа два, а то и три.