В СССР геев не было!

Она терпеть не могла, когда ее называли «бабушкой», «тетей» или по имени-отчеству. Поэтому она очень любила Михаила, который, несмотря на возраст Лиды, обращался к ней только по имени, галантно называл ее с подругами «леди» или «дамы». И не любила его друга Ярослава, потому что он каждый раз смотрел на нее, как на старый пыльный экспонат музея, когда его друг вежливо придерживал дверь в магазине или пропускал вперед в очереди к кассе.

И поэтому сегодня баба Лида, договорившись с Агатой пойти на почту, чтобы получить пенсию, была неприятно удивлена, когда увидела на почте Ярослава Александровича, или как они его называли – Саныча.

Он сидел и крутил в руках свой паспорт, ожидая, когда откроется нужное окно после обеденного перерыва. Заметив соседок, он даже не потрудился встать с места, хотя свободных скамеек не было, как и всегда на почте. Баба Агата нахмурилась, опираясь на свою любимую трость и явно собираясь высказать все, что она думает об этом невоспитанном человеке. Баба Лида, конечно, с удовольствием бы ее поддержала, но гневную тираду женщин предотвратил Михаил Петрович, который как раз вовремя зашел в помещение.

Михаил поздоровался с Агатой и Лидой и, взяв их за локти, подвел к скамейке, на которой сидел его друг.

– Слава, давай, поднимайся, – он помахал рукой мужчине, который в ответ недоуменно качнул головой и слегка нахмурился, но со скамейки все же поднялся. Когда соседки сели, Михаил улыбнулся им. – Мы вам уступим свою очередь, дамы.

Будете первыми получать то, что должно вам государство.

– Не стоит! Хотя эти копейки от государства… – принялась брюзжать баба Лида, но увидев, как на нее зыркнул Саныч, замолчала.

– Стоит, стоит, зачем вам время на почте тратить? Вдруг внуки приедут, а вы тут. А мы подождем, мы же никуда не торопимся, да, Слава? – Михаил повернулся к другу, положив руку ему на плечо. – Мой паспорт у тебя?

Ярослав перевел тяжелый взгляд с ненавистной ему бабы Лиды и посмотрел на друга, но уже совсем другим, мягким, почти заботливым взглядом.

Та красная книжечка, которую он до сих пор крутил в руках, как оказалось, была не его паспортом, а паспортом Михаила. Он протянул документ ему.

– Сколько раз я тебе говорил, пойдем, переведем твою пенсию на карту, как и мою! Женя или Макс помогут все оформить, если ты боишься сделать что-то не так, – вполголоса проворчал Ярослав, наклонившись к уху Михаила.