Наивный Дурак

Нам нужно будет опередить их только в финале, – на этой последней эффектной фразе он подбоченился и гордо задрал подбородок, самодовольно оглядывая подчинённых.

– Мне очень нравится эта ленивая энергосберегающая схема, друг мой, – улыбнулся Андреа, – но ты сам сказал, что из всех данных нарушителя у нас есть лишь мысленный отпечаток внешности. Как и под каким предлогом мы опишем его местным стражам порядка, и зачем им бросать все силы на честный качественный розыск незнакомца?

– А вот на этот счёт, уважаемый… хе-хе… у меня уже есть идея, которая понравится тебе даже больше, хех… – с трудом ответил командир Преследователей, широко скалясь во все семьдесят семь зубов и уже едва сдерживая смех.

Глава 2. Неудачный День

Полковник полиции Станислав Константинович Быстров бдительным и жёстким взглядом изучал обстановку и прохожих, размышляя о том, насколько он нужен этому погрязшему в коррупции и преступности дождливому городу. Было не так уж легко поддерживать чёрно-белый нуарный фильтр воображения в цветущем парке солнечным июльским утром, но полковник никогда не искал лёгких путей.

Он с подозрением всматривался в лица встречных «жуликов», мысленно сверяя их с заученными ориентировками, прямо посреди пятничной пробежки и собственного отпуска, хотя давно не был обязан заниматься такими мелочами даже в рабочее время.

Большинство сослуживцев полковника придерживалось совсем иных планов мероприятий на отпуск в целом и на пятницы в частности.

Станислав Константинович – ветеран подразделений по борьбе с личным составом и ответственный за всю собственную безопасность УМВД области – к большинству сослуживцев и к их планам относился скептически. У этого принципиального человека не было грязных пороков и вредных привычек, только здравая профессиональная паранойя, и даже его родной сын обходился без поблажек и служил «на земле» в наряде ППС. Быстров старший как раз подумывал сразу после долгожданного возвращения к службе взбодрить отпрыска новой профилактической проверкой.

Как вдруг полковника отвлекло от этих приятных мыслей смутно знакомое чувство родом из далёкого детства. Он испытал нечто почти забытое и бесконечно неожиданное, волнующее и тревожное, способное заставить даже самого бывалого офицера переосмыслить своё место в мире. А проще говоря, Станислав Константинович ощутил пендель.