Краткий миг

Я и не знал, что у нас это есть. Притом вовсе не в Сибири. Это был элегантный, современный, усовершенствованный Гулаг, вернее, шарашка при нём. Впрочем, там я приобрёл много ценных навыков и умений. И даже кое в чём продвинул нашу дьявольскую науку. Такой вот curriculum vitae. О тебе я кое-что прочёл в интернете за последние три дня. До этого текущих новостей я был лишён. Восхищён, но не удивлён твоими успехами.

Он говорил монотонно, точно докладывал начальству, и в конце доклада словно выдохся и безмерно устал.

Прасковья жадно смотрела на него и молчала. Не могла говорить. Они ещё посидели молча, неотрывно глядя друг на друга.

– Парасенька, может быть, хочешь поужинать? Ты ведь с работы, как я понимаю, а здесь, кажется, несколько приличных ресторанов, – в его голосе была смертная тоска.

2

Прасковья отрицательно покачала головой. Как удивительно: двадцать с лишним лет назад они гуляли в этих местах, и он всегда заботился о том, чтобы её повкуснее накормить. С этого всякий раз начиналась их встреча: она выходила после занятий, и они шли обедать.

И ей это очень нравилось: поесть в хорошем ресторане было тогда для неё ценной оказией.

– Нет, Богдан, спасибо, не хочу, – помотала она головой. – Я…я обнять тебя хочу, – это выговорилось само собой.

Он сделал едва заметное движение от неё и взглянул с испугом.

– Когда-то мы с тобой ходили в театр и на каток – помнишь? Есть теперь каток на Красной площади? – он ещё раз чуть отодвинулся, улыбнувшись жалкой улыбкой.

– Кажется, нет, – покачала она головой. Выходит, он, как и она, вспомнил самое начало. – А если б был, мы пошли бы с тобой на каток? – усмехнулась она. – Ты, в самом деле, помнишь то время?

– Конечно. Всё-всё помню. – Он словно посмотрел куда-то вглубь себя. – «Царя Бориса» в Малом театре помню, – он улыбнулся той же жалкой полуулыбкой.

– Прошли те времена,

Когда Руси шатание и беды

Врагам над ней готовили победы!

Она стоит, спокойна и сильна,

Законному внутри послушна строю,

Друзьям щитом, а недругам грозою!

– продекламировала Прасковья из «Царя Бориса».

Голос был почему-то хриплый и грозил оборваться.

– А ведь и впрямь, кажется, так, – откликнулся он всё так же бесцветно. – Кажется, Русь стоит. И это вселяет сдержанный оптимизм. Слава Богу, что не случилось большой смуты.

– И твой вклад весьма велик в то, что не случилась, – она протянула руку к его руке, но ему вдруг понадобилось размешать давно остывший кофе.