Ареон. Грани любви

 – А может он меня ждёт за этими дверьми?» – Даша бросила взгляд на высокую створку и вздрогнула, когда стоящий перед ней ассианец резко взмахнув рукой, прикоснулся к своему браслету и повернулся к ней:

– Следуйте за мной.

Даша беспомощно ещё раз осмотрелась, при этом нервно потирая запястье, и опустила вниз растерянный взгляд, только сейчас осознав, что браслета на её руке нет. Не понимая – куда он делся и когда, шагнула в распахнутые двери, которые с тихим шелестом сомкнулись за спиной. Подняв голову, обвела глазами большой, белоснежный зал, где даже дыхание отдавалось эхом от снежно-белых хрустальных стен, и замерла под прицелом трёх пар пронзительно оценивающих глаз.

«Его здесь нет!» – мелькнула мысль, которая грозила погрузить девушку в отчаяние.

У противоположной стены, в креслах с высокими, до потолка спинками сидели ассианцы, которые пристально разглядывали Дашу такими взглядами, словно пытались препарировать её, вытрясти не только мысли, но и душу.

«Он обманул! Он просто врал!» – кричала мысленно Дарья, опуская голову.

Прикусила щёку изнутри с такой силой, что почувствовала вкус крови, но только так она смогла справиться со сбившимся дыханием, со слезами, которые грозили вот-вот пролиться по щекам. В груди щемило от осознания предательства и собственной наивности, от того, что понадеялась, поверив ассианцу и более того – отдавалась ему со всей страстью и безумной нежностью.

– Подойдите, – донеслось властное и Даша на подгибающихся ногах сделала несколько шагов вперёд.

Замерла, не поднимая головы. – Сите Дия. Палант, прибывшая на Ареон триста пятидесятого дня от восхождения двойной звезды. Наречённая Пелиадой после проверки Оком именем Дия. Следящая за младшим отпрыском Дигона рода Леархов. Вы подтверждаете свою личность?

Каждое слово ассианца, отбрасываемое эхом от стен проникало в сознание, вспарывая его ледяными иглами. Дарье захотелось, позорно всхлипнув, развернуться и бежать из этого зала как можно быстрее, но придавленная властностью сидящих ассианцев и безысходностью, она лишь сипло вытолкнула: «Да».

– Мы дозволяем поднять голову, Палант, – не разрешил, а повелел ассианец, и Даша заставила себя вскинуть подрагивающий подбородок.

Опять три пары глаз вонзились в лицо Дарьи, отчего девушка, сжав на мгновение кулаки, с трудом расслабила ладони. Мысленная картинка моря то и дело срывалась, обнажая эмоции, которые без труда считывали ассианцы.