Столько лет… Книга вторая

Что эти личности собой представляли, если у них получалось напрягать самого Загряжского?! Страшно подумать. А может, у них уже тогда начался раздел бизнеса?

Только это неважно, я вообще не желала касаться денег Игоря, а моя дочь даже знать не должна, что имеет к этому роду какое-то отношение.

Подключать сейчас Тагира? А если этим шагом сделаю только хуже? С ним вообще никаких гарантий быть не может. Еще возьмет и сам выкрадет ребенка! От этой мысли к горлу подкатывает желчь и меня начинает тошнить.

– Нет! Нет-нет-нет!!!! Господи, нет,– сбивчиво шепчу, вцепившись пальцами в волосы.

Продолжаю метания по комнате.

Наткнувшись во время ходьбы на диван, шлепаюсь рядом с ним прямо на пол. Глаза совершенно сухие. Уставившись в одну точку, жду. И только когда темнота спускается и затапливает квартиру, погружая ее во мрак, «просыпаюсь».

– Я должна пойти к Руслану. Пойти и рассказать о дочери. Он не сможет отказать в помощи, признает ее, и тогда все будет хорошо,– рассуждаю вслух, не знаю зачем, я вообще плохо соображаю.

Мной руководит только желание вернуть своего ребенка. Больше ничего.

Встаю и на шатких ногах иду в ванную, осмотрев себя в зеркале, морщусь. Видок тот еще. Жалкий и убогий. К тому же я еще в «уличной» одежде, даже не разделась, когда домой пришла.

А впрочем, какая разница?! Мне его не соблазнять!

«У кого вообще желание возникнет, имея перед глазами такую меня?»– мелькает еще одна идиотская мысль, заставляющая истерически хихикнуть.

Вцепившись пальцами в край раковины, опустив голову, зажмуриваюсь.

Часто дышу и, резко выдохнув, поднимаю взгляд на зеркало.

– Нет времени ждать! Я должна пойти к нему!– говорю своему отражению.

Стиснув зубы и расправив плечи, выхожу из ванной, останавливаюсь перед зеркалом в прихожей, еще раз оглядев себя, отправляюсь в комнату. Хочу переодеться, мне в этих вещах даже дышать тяжело. Сменив уличную одежду на домашнюю, стремительно выхожу из квартиры. Встав на пороге, смотрю на противоположную сторону и ощущаю нешуточную дрожь в теле.

Меня просто трясет, так что приходится обхватить себя руками. Делаю шаг вперед.

Стою перед дверью его квартиры. Зажмурившись, жму на кнопку звонка. Я боюсь, бесконтрольно и безотчетно. Боюсь, что не поверит, что выгонит и вообще сдаст меня в полицию, потому что преследую его. И тогда я останусь вообще одна.

Один на один со своей бедой. Без своей дочери.

Когда слышу звук открывающегося замка, медленно приподнимаю веки.