Проповедник свободы

Я набираюсь храбрости, вдыхаю побольше воздуха и выпаливаю:

– Мне положен… – но тут же вижу разъяренное лицо начальницы, и воздух выходит из лёгких, как из сдувающегося воздушного шарика.

– Штраф тебе положен! 500 рублей за несоблюдение субординации!

Начальница уходит в кабинет, Мила снова делает фейспалм и идёт на второй этаж в свой отдел, а я стою красная, как рак. Ладно, хоть не плачу. Мне так стыдно за своё тщедушие! Всё, что я могу, это составлять в уме часовые монологи под названием: «Что бы я сказала своему обидчику, если бы мой язык не был в жопе».

Как назло подлетает Ольга, мой «любимый» старший продавец.

– Я слышала уже, какое ты тут представление с краской устроила. Жаль, что я этого не видела! – она смеётся, а я смотрю на неё, молчу и думаю о том, что вот у неё язык не встречает преград на своём пути. И уколет, и прочешет, и подлижет, где надо. Но одного смеха ей мало. Она продолжает издеваться надо мной.

– Я смотрю, ты себе кроссовки обновила? Ты прямо-таки дизайнер, можешь бизнес открыть.

– У меня нет денег, чтобы купить новые, – я смотрю в её пустые голубые глаза и не вижу в них ни капли понимания.

– А у тебя их и не будет, Васька, пока ты товар портишь и с начальством переговариваешься.

Как же я устала. У меня нет сил оправдываться, спорить, доказывать свою невиновность. У меня нет смелости вежливо постоять за себя или грубо отшить обидчика. У меня нет выбора: я проглатываю оскорбления и колкости даже от такой гиены, как Ольга.

Ближе к вечеру я стою в зале в проходе между стеллажами ручного инструмента.

Здесь всегда промышляют воришки. Стоит себе старичок, божий одуванчик, крутит час отвёртку в руке, словно размышляет: подходит она ему или нет. Потом делает движение рукой, словно вешает её на место, а сам оставляет добычу в руке и незаметно суёт её в карман. А мы потом при инвентаризации тысячи из своего кармана платим за пропавший товар. Поэтому иногда я дежурю тут. Само присутствие продавца поблизости действует на людей отрезвляюще. Внезапно мой взгляд привлекает молодой человек. Он одет в потёртые старые брюки соломенного цвета и серую ветровку. Стоит напротив стеллажа и хаотично шарит по нему взглядом, словно что-то ищет.

– Здравствуйте! Что-то подыскиваете? – я стараюсь не отступать от списка желательных фраз при общении с покупателем, который недавно нам прислал директор из офиса.

– Да, – отвечает мне парень, – у вас микросхемы продаются?

– Микросхем у нас нет, – я пожимаю плечами.