Путь истины. Дмитрий Донской

– Всесвятейший синод принял соборное деяние, иже утверждено мною, – говорил Филофей. – За добродетельное житие и прочие духовные доблести быть тебе, Алексий, епископ Владимирский, митрополитом Киевским и Всея Руси!

– Благодарствую, Всесвятейший Владыко, – поклонился Алексий. – Позволь мне слово молвить.

– Говори, Алексий.

– Всесвятейший, митрополит Максим перенёс кафедру из разорённого и беспокойного Киева во Владимир-на-Клязьме. Стольный град Киев стоит на рубеже с Великой степью. Что ни лето, кочевые орды приходят и пустошат киевские пределы, грабят, в полон уводят людей православных.

Суровая нужда побуждает меня просить тебя утвердить перенос кафедры из Киева во Владимир…

– Сие разумно, – отозвался Филофей. – Прошение твоё, Алексий, синод рассмотрит. Думаю, ты можешь надеяться на скорый положительный ответ.

– Благодарствую, Всесвятейший Владыко, – с поклоном проговорил Алексий. Он покинул палаты Патриаршие и долго молился в соборе святой Софии:

– Господи, благодарствую за милость Твою, что не забываешь раба своего! Спаси Русь Святую от иноземцев: литовцев, немцев да татар и ниспошли нам князя, дабы восстановил он единство земель русских!

Подле Алексия стоял некий простолюдин, и видел старец, как собирает тот грек пальцы в щепоть и крестится тремя перстами, и пронеслось в мыслях его: «Грех-то какой! На древних иконах Христос неизменно благословляет двумя перстами».

Тогда ещё не знал Алексий, что его борьба за митрополичью кафедру только началась…

1350 год. Литва.

Вильно.

Тем временем, Ольгерд женился на тверской княжне Ульяне. И вскоре к его двору вместе с невестой прибыл епископ Роман. Происходил он из знатного тверского рода и, как все дети боярские, должен был служить, но, не желая кровь свою проливать на поле брани, отроком покинул мир и ушёл в монастырь, куда заглянул однажды князь тверской. Побеседовав со старцем, который умел медоточивые речи говорить, князь пригласил его служить в дворовой церкви. И тогда Роман был возведён в сан священства, а вскоре сделался духовником княжны Ульяны.

Но понимал хитрый старец, что Тверь после опустошительных набегов татарских ослабла, Литва, напротив, набирала силу свою, посему он отправился в Вильно. С князем Ольгердом, который был тайным христианином, Роман быстро нашёл общий язык: их объединила ненависть к Москве.

– Князья московские пресмыкаются перед нехристями и приводят татарские рати на тверские земли. По вине Ивана Московского погиб князь Александр Михайлович.