Путь истины. Дмитрий Донской

Одно лишь твоё великое княжество Литовское способно сбросить с Руси владычество иноземное!

– Истинно так, отче, – усмехался Ольгерд. – Литва до сих пор платит дань Джанибеку, но скоро я положу сему конец. Мы объединим все русские земли и сокрушим кочевые орды. Но прежде Москву уничтожим…, не пролив ни капли крови христианской!

Лето 1354 года. Константинополь.

В те дни, когда в очередной раз горела Москва деревянная от свечи копеечной, в Царьград пришли послы литовские, а к Алексию, который с грамотами от патриаршего синода собирался в обратный путь, явился Георгий, назначенный экзархом[66 - Наместник, помощник митрополита.

Алексий не был византийцем, потому к нему приставили помощником грека (прим. авт.).]русской митрополии, – тот взволнованно проговорил:

– Владыко, нельзя нам ныне уходить!

– Отчего же? – удивился Алексий. – Что стряслось?

– Некий епископ Роман приходил днесь к Патриарху, а накануне посетил членов синода. И был он у них не с пустыми руками… – сообщил Георгий.

– Почто он являлся к Патриарху? – нахмурился Алексий.

– Кафедрой твоей желает завладеть!

– Патриарх не может отменить принятое ранее соборное деяние, – неуверенно промолвил Алексий.

– Владыко, всегда можно сделать так, чтобы были и овцы целы, и волки сыты, – возразил Георгий, который был греком до мозга костей, в совершенстве овладел присущими сему народу хитростями и понимал, что сыскать лазейку в писаной грамоте для человека с головой на плечах не составит труда…

И тогда владыка Алексий решил повременить с возвращением на Русь, а на другой день наведался в собор святой Софии, однако Патриарх заставил его долго ждать приёма.

– Ведомо мне, что некий муж литовский желает занять кафедру митрополита Киевского и всея Руси, – начал Алексий, представ пред очи Филофея, – я верю, Всесвятейший Владыко, что приговор синода останется в силе…

– Соборное деяние не подлежит пересмотру, Алексий – ты митрополит Киевский и всея Руси. Роман же отныне митрополит Литовский и Малой Руси[67 - Малая Русь – в 14 веке так именовались галицко-волынские земли.

В более позднее время – вся Украина (прим. авт.).], – отвечал, как отрезал патриарх Филофей.

Алексий выслушал перевод толмача и с ужасом понял, что речь идёт о разделе русской церкви.

– Всесвятейший Владыко, – воскликнул он, – единство церкви есть наиважнейшее условие для объединения княжеств русских! Власть цезарей неуклонно слабеет, – враги обступили Новый Рим со всех сторон. Турки с востока грядут.