Сотник Лонгин

Но дело, которое меня привело к вам, крайне важное…

– Оно важно для вас. А почему вы пришли к нам? – удивился начальник синагоги.

– Из известных нам народов, – спокойно объяснял Азербад, – только иудеи, кроме нас, маздаяснийцев, исповедуют веру в Единого Бога. Появление новой звезды – это послание от Всевышнего к избранным народам. Царь родился, – это мы знаем наверняка, – но он родился не в нашей державе. Стало быть, это чудо свершилось в земле Иудеи…

Якоб задумался. Он вспомнил о пророчествах, о чаяниях своего многострадального народа.

– Неужели Машиах (Мессия) пришел? – растерянно проговорил начальник синагоги, и в глазах его зажглись оживленные огоньки. Он нечасто бывал в земле Обетованной, а известия оттуда приходили с большим опозданием, но теперь он понял, что лучшего повода для поездки на историческую Родину в его жизни может уже и не представиться.

– Дайте мне немного времени для размышления, – осторожно сказал он и вернулся в синагогу, будучи в сильном волнении духа.

Остаток дня старик провел, перечитывая свитки Торы и древних пророков, которые говорили о приходе Мессии, а на другой день, переговорив с главою общины, решился сопровождать посольство жрецов-магов в Иудею, рассчитывая прибыть в Ерушалаим до Пятидесятницы (Шавуот).

***

Длинная вереница верблюдов, груженных тюками с китайскими шелками и заморскими пряностями, неторопливо тянулась по бескрайним просторам Сирийской пустыни.

Остались позади пересохшие русла рек – «вади», зимою наполняемые дождевою водою, которая несется бурными потоками, а ранней весной покрываемые густою растительностью.

Теперь не часто встречались заросли саксаула, и верблюдам приходилось довольствоваться редкими низкорослыми кустарниками, колючками, скудною травою, растущей на каменистой почве среди желтых песков.

Безоблачное небо неделями висело над головами путешественников. Иногда вдруг налетал жаркий южный ветер, принося с Аравийской пустыни мириады песчинок, и тогда становилось трудно дышать.

Защитою от палящего солнца и песчаных бурь служили белые покрывала и повязки на лицах.

Не легок путь через пустыню: сухой воздух, горячий песок, жгучее солнце, от которого негде спрятаться, и ни одного селения на много дней пути. Жажда – спутник долгих странствий. Солнце нещадно палило днем, а с наступлением темноты земля быстро остывала. Останавливались на ночлег, разбивали шатры и разводили костры из дров, припасенных на дорогу.