Резидент

Они и не догадывались, какой поганенький сюрпризец я им приготовил, – только бы московские коллеги успели отреагировать на посланную шифровку.

Через минут пятнадцать явились сытые дознаватели, и честно скажу: по ним я вообще не соскучился. Приняв решение играть до конца, я приготовился стойко переносить уготованные страдания.

Меня провели в пыточный кабинет. Грубым тоном, возразить коему для здоровья было вовсе не безопасно, мне предложили усесться на деревянный стул, поставленный ровно посередине. Понимая, каким я пользуясь подчёркнутым уважением, поспешил исполнить их злобное указание.

Что повыше, представился майором Лисиным и начал словесную давку:

– Итак, уважаемый господин коммерсант, зачем же Вы, действительно, прибыли в наш спокойный город? – он ещё и острил. – Мне кажется, Вы чего-то не договариваете?

– Да нет же, – отвечал я, стараясь казаться искренним, – всё, что мною рассказано, соответствует суровой действительности. Чего-либо укрывать у меня не возникает никакого желания.

– Тогда объясните, милейший, – вступил в словесный допрос второй, носивший звание капитана; он выделялся странноватой фамилией Зарубало, – что Вы делали вчера, около шестнадцати часов, в станции метро «Маяковская».

– Имел невинное намерение совершить посадку на электрический поезд и двинуться по нужному направлению, – выдвинул я простецкую версию.

– Знаете ли, Вы, дорогой господин путешественник, – Лисин снова язвил, – что, пока вы нетерпеливо ждали, рядом с Вами совершилось убийство одного криминального гражданина?

– Да, ладно?! – я выразил неподдельное удивление.

 – Очевидно, оно случилось чуть раньше, ну? или позднее – при мне никого не убили.

Я почти не лукавил, потому что хотя и видел покойного Борзого, но находился в полном неведении, как точно его «мочканули».

Допрос с пристрастием тем временем продолжался.

– Однако, – настаивал Зарубало, без моего согласия переходя на бесцеремонное «ты», – у нас есть неопровержимые доказательства. Какие? Сначала в туннельный проход заходишь – ты, а следом криминальный боец, по прозвищу Борзый, по фамилии Груздев, по имени отчеству Николай Сергеевич.

Обратно, заметь, вышел один лишь ты. Озвученный Коля был найден мёртвым – он, простреленный, тихо полёживал снизу, прямо на рельсах.

Я сделал изумлённое выражение, не понимавшее сути происходившего.

– Нам бы очень хотелось себе прояснить, – подхватил его тему Лисин, – что ты, наглая морда, изволил там делать и как случилось то пулевое убийство.