Брошенные

Журналист подошёл еще ближе, и увидел за спиной доктора две тени, что шептались о чем– то своем. Доктор, услышав шёпот за спиной, отложил ручку и медленно перевел взор с бумаг, на парня. Алексей отшатнулся назад от испуга. На него смотрел столетний старик, с похожей на свинец кожей лица, но глаза его были свежими и пронзительно смотрели на него с укором.

– Вот до чего ты меня довел – говорил этот взгляд. Журналист пятился назад, не в силах выносить на себе этот взгляд… Раздался писк будильника, и парень, дернувшись, проснулся.

– Как же мне надоели эти глупые сны – пробурчал он проводя рукой по вспотевшему лбу.

Алексей встал на пол, от чего тот, под его небольшим весом, жалобно скрипнул. Мозг неприятно стонал от боли, и пустой желудок, сжавшийся от голода до размеров иголки, не давали ступить ему шагу. За окном, барабанил дождь, и Леша, собрав силы, вяло зашагал в сторону, видавшего виды, холодильника, с затертой железной табличкой «Полюс».

–Не мешало бы подкрепиться – пробубнил он себе под нос знаменитую фразу Винни-Пуха.

Дернув дверцу он увидел на боковой стенке пару яиц, посреди которых торчала сарделька, наводя на пошлые ассоциации.

–Видимо спьяну мне эта шутка показалась крайне забавной – грустно пробормотал себе под нос Алексей.

Добив остатки продовольствия Леша начал собираться на работу, повторяя будничные процедуры. Перед самым выходом из дома он достал из шкафа в коридоре серую джинсовую ветровку, и внимательно проверил все карманы, в которых, к его везению, оказались три сотенных купюры и полупустая пачка сигарет.

Миновав подъезд, напевая себе под песню, про пачку сигарет, Леша оказался на улице, где дождик уже превратился в противную изморозь. В носу возник знакомый и неприятный запах перегара, а совсем рядом раздалось какое-то бурчание, будто собаке наступили на хвост и Алексей отшатнулся в сторону. Рядом с ним у входа в подъезд на корточках сидел пьяница, прятавшийся от дождя под козырьком. Тощий как трость пьяница встал, и Леша оценил его джентльменский наряд состоявший, из черных брюк, которые были настолько грязными, что их можно поставить, и порванной местами тельняшки. Алкаш, встав, сделал к нему неуверенный шаг шаркнув по асфальту своими сланцами.

– Слышь браток, выручи рублем, а? – пробурчал пьяница, еле внятным голосом.

Леше очень не хотелось светить перед ним последними деньгами, да и вообще что ему давать, но через силу он нащупал пару монет в кармане штанов и протянул ему.