Конец света

– Ну… говорят… и Гагарин не первым летал в космос?

Заместитель директора ФСБ встал.

– Идёмте.

Переглянувшиеся руководители «Востока» последовали за ним.

Испытательный полигон, как его называли сотрудники «корпорации», а на деле секретной лаборатории ФСБ, располагался на третьем подземном уровне, на глубине двенадцати метров.

Спустились вниз, прошлись по широкому светлому коридору с десятком белых дверей под номерами, остановились перед мощной трёхметровой дверью с рядами контрфорсов и круглых выступов.

В потолке коридора загорелась алая звезда, развернулась в луч сканирующего лазерного устройства, скользнувший по остановившимся мужчинам, в стенах загорелись вертикальные синие огни.

– Со мной, – равнодушно бросил Калажников.

Створки двери с тихим гулом разошлись в стороны.

Взору гостей стал доступен большой зал, разделённый прозрачными и полупрозрачными перегородками на отдельные секции.

Калажников повернул направо, минуя две прозрачные колонны, внутри которых струились снизу вверх очереди цветных воздушных пузырей.

Остановился на пороге секции, напоминающей хирургическую операционную, заставленную приборными стойками и консолями. Посреди бокса располагалось устройство с подвешенным лежаком, напоминающее томограф. В помещении работали за столиками с экранами мониторов две женщины в серых комбинезонах. На вошедших они не обратили никакого внимания.

– Акцептивный блокератор, – указал на «томограф» Калажников. – Инициирует закладку эгана.

Коржевский с любопытством осмотрел конструкцию.

– И как он активируется?

– У низших животных всё происходит автоматически, – заговорил потеющий всё больше Кирсан Вольфович. – Запрограммировали, эган сформировал рост инфламмасомы, и через минуту – аутбест! С человеческим материалом процесс идёт сложнее.

Заместитель директора ФСБ косо посмотрел на Калажникова, и тот развёл руками, как бы говоря: я тут ни при чём.

– Я понял. Как вы формируете срабатывание… э-э… эгана?

– Кодом срабатывания может быть слово, целая фраза, образ, определённое действие или движение.

Нашим коллегам из института мозга удалось добиться устойчивого кодирования на уровне подсознания, после чего человек ничего не помнит о «закладке». Опыты начались ещё в семидесятые годы, в Оксфорде и у нас в институте нейрофизиологии, с помощью слабых электроразрядов через кору мозга удавалось добиться от испытуемых хороших результатов. Они начинали быстрее решать арифметические задачи и мыслить активнее.