Крепость большого леса

– Не смешно.

– Это комментарий к вашим словам о том, что ФСБ знает всё. Но где искать иномериану…

– Понятно, повторяю: давайте искать если не иномериану, то хотя бы выход из этого неприятного положения заложников ситуации. Дионисий Порфирьевич, на вас большая надежда. Вы знакомы с трудами Карапетяна, покопайтесь в нюансах, вдруг отыщете лазейки, которые позволят нам решить проблему. Соберите команду единомышленников, подберите необходимую аппаратуру, летите в Тюмень, изучите все подходы… ну и так далее, не мне вас учить, что делать в этом случае.

– Сделаю всё, что от меня зависит, товарищ генерал.

Шарий нашёл взглядом Дорохова.

– А на вас, Андрей Тарасович, ложится вся тяжесть общего руководства операцией поиска. Делайте всё, что нужно, и даже больше. Президент может в любой момент переменить решение, дать другую вводную, сменить руководство, пригласить западных специалистов, и, чтобы он не пошёл на это, нам следует вылезти из кожи, но добиться результата!

Дорохов выпрямился, унимая чувство сожаления.

– Разрешите выполнять, товарищ генерал-лейтенант?

Лицо Шария разгладилось, возвращая присущую директору твёрдость и непроницаемость, следы сомнений на нём исчезли.

– Вперёд, товарищи чекисты!

Глава 3

Крепость

Кратер диаметром в десять километров, облегчающий поиск Крепости, произвёл на всех сильное впечатление.

– Ничего себе дырка! – присвистнул Костя, вертя головой во все стороны, хотя делать этого не стоило, система обзора самолёта позволяла зрителю видеть пейзаж сразу в панорамном формате, охватывающем триста шестьдесят градусов.

– Дай посмотреть, – попросил у него Точилин.

– Подожди минуту, – отказал Костя.

Сергей Макарович встал, передал лейтенанту рога видеосистемы.

– Да-а! – только и смог выдавить тот.

Самолёт окунулся в темноту кратера, завис напротив дыры входа в тоннель, имеющей форму пятиконечной звезды. Именно по нему Максим с Редошкиным пробирались в лабиринты цитадели Демонов Войны.

– Мы не пролезем, – засомневался Плащинин.

– Я же вывел самолёт оттуда? – возразил Редошкин неуверенно. – По-моему, у него складываются крылья.

– Ты это видел? – осведомился Точилин. – Он весь – одно крыло.

– Попробуем протиснуться, – сказал Максим, осторожно подводя самолёт к пятиугольному устью тоннеля.

Есть ли у аппарата прожектора, он не знал, искать их означало потерять время, поэтому пришлось напрячь зрение и надеяться на качество передачи изображений системой обзора.