Ликвидация последствий отстрела негодяев

Они слишком много знают! Даю добро на любой экстрим!

Эзра Хаус плотоядно улыбнулся и потёр ладонь о ладонь.

Композиция 2. Адреналин

Россия, Москва

Он не смог спустить лифт в подземный бункер Лавецкого, оборудованный под станцию мини-метро. Причина была простой: взрыв повредил лифтовой механизм, обрушил стены шахты, и теперь спуститься туда, на стометровую глубину, можно было, лишь очистив ствол от обломков конструкции и породы. Но Барсов расстроился так, будто сам был виноват в случившемся.

Проводив президента и сделав несколько попыток реанимации подъёмника, он поднялся из подвала на первый этаж особняка и, встретив спешащего Гаранина, сказал мрачно:

– Там остались наши ребята…

– Надо было подстраховаться, – не менее мрачно отозвался полковник.

– Как?

– Надо было проверить бункер на предмет подрыва и лишь потом лезть вниз. Представляешь, что было бы, останься там президент хотя бы на минуту?

Барсов опустил голову.

Гаранин ощупал его фигуру глазами, помолчал.

Майор до попадания в группу особого назначения командовал спецотрядом быстрого реагирования «Рысь», принадлежавшим Силам специальных операций (руководил которыми Гаранин) и предназначенным для обеспечения общественной безопасности, охраны важных государственных объектов, а также для обнаружения и задержания террористов и членов бандформирований. За год службы в Росгвардии он проявил себя отличным командиром. Но попал в ряды спецназа, можно сказать, случайно. С детства Вениамин занимался единоборствами, стал чемпионом Владивостокского университета (учился на юрфаке), потом чемпионом города по боевому самбо, его заметили в краевом СОБРе и предложили пойти к ним на «адреналиновую службу».

Будучи молодым и сильным, Барсов согласился и после окончания университета стал спецназовцем.

К своим нынешним тридцати пяти он получил звание майора, став командиром серьёзного антитеррористического подразделения, но семьи так и не завёл в отличие от самого Гаранина. И выглядел он внушительно: рост метр девяносто, широкие плечи, мощная шея, широкие ладони с сильными пальцами, способными гнуть гвозди, открытое лицо с широким подбородком, карие глаза, иногда светлеющие до янтарной желтизны – когда ему что-то не нравилось.

А ещё майор был, как родной брат, похож на знакомого Гаранина, полковника ГРУ в отставке Максима Олеговича Калёнова, присоединившегося к отряду ГОН. Разве что цвет глаз у них был разный.

– Разберись тут, – сказал Гаранин.