Ликвидация последствий отстрела негодяев

 – Вызови ребят Маслова, пусть попробуют очистить шахту и спуститься в бункер.

– Я уже вызвал, будут через час.

– Дождись.

– Непременно.

В холле коттеджа появились Калёнов и лейтенант Яшутин. Лицо бывшего полковника ГРУ украшали два синяка и царапина, доставшиеся ему во время схватки с Лавецким, левую руку он прижимал к боку и при ходьбе прихрамывал.

Яшутин, попавший в ГОН после разного рода обстоятельств из подразделения Росгвардии «Гром», такой же высокий и мощный, как Максим Калёнов и сам Барсов (Гаранин вдруг по-новому взглянул на всех троих, обнаружив, что они действительно похожи друг на друга), выглядел мрачновато спокойным.

Хотя характером обладал взрывным, что не раз становилось причиной разборок Яшутина с плохими парнями и чиновниками, пренебрегающими своими прямыми обязанностями.

– Ранен? – поинтересовался Гаранин, глянув на скособоченность Калёнова.

– Похоже, сломал ребро, – ответил новоиспечённый советник Росгвардии, вынужденный демонстрировать навыки рукопашного боя при захвате усадьбы Лавецкого.

– «Скорую» вызвать?

– Не надо, Костя меня отвезёт домой, а там я утром покажусь врачам.

– Хорошо, езжайте, через пару дней я к вам наведаюсь.

Калёнов и Яшутин пожали оставшимся руки, ушли.

– Идите и вы, Владимир Силович, – сказал Барсов. – Я справлюсь.

Гаранин помедлил, глядя исподлобья на суету спецназовцев в холле, достал смартфон, вызвал водителя:

– Алёша, подъезжай к главному входу.

Барсов проводил его до двери, обнаружив, что уже начался рассвет.

* * *

Дома он появился только в половине девятого утра, уставший до чёртиков в глазах и глухого раздражения.

Жил Барсов в подмосковном Зябликове, на улице Мусы Джалиля. У него была небольшая двухкомнатная квартира площадью в тридцать пять квадратных метров и машина – красного цвета «Хёндэ Эксклюзив» последней модели, под капотом которой располагался двухрядный оппозитный двигатель на восемь цилиндров, выдающий четыреста двадцать лошадиных сил.

Его он оставил во дворе, имея собственное парковочное место под номером 75.

Сбросив пропитанный потом камуфляж-комбез (заезжать в Центр спецназначения в Щёлково, чтобы переодеться, он не стал), Вениамин залез под душ и полчаса блаженствовал под струями воды, то горячей, то холодной, счастливый от пусть и временного, но избавления от забот и волнений.