Последний джинн

Он был моложе Ромашина на семнадцать лет, но занимал кресло Директора по праву, проявив себя как исключительный организатор и аналитик при разработке планов гашения многих межгосударственных конфликтов. Фамилия Смехов ему не шла, однако Артем не знал ни одного знакомого сотрудника Службы, кто способен был пошутить на этот счет.

– Мы встревожены, – заговорила Камелия Дельмар по-английски. – Исчез выпущенный на свободу преступник. Мы объявили всеземной розыск, однако никаких результатов не добились.

– Кто преступник? – спросил Артем, уже догадываясь, о ком зашла речь.

– Ульрих Хорст.

Ромашин встретил взгляд Кирилла Бондаря, выражавший сомнение и вопрос. Понять начальника группы «Соло» было легко: совсем недавно они уже говорили о Хорсте, осуждали решение Европейской Комиссии по помилованию и прогнозировали рост негативного фона в криминальной среде.

– Мало того, с момента исчезновения бывшего заключенного, – продолжила Камелия Дельмар, – произошло пять нападений на известных в прошлом людей. Все они погибли.

В том числе – Брайан Маккормик, бывший полковник Погранслужбы, ставший опекуном Ульриха Хорста.

В кабинете стало совсем тихо.

Смехов выключил звуковое сопровождение рабочего стола, и лишь бегающие по столешнице огоньки и короткие бланк-сообщения, предназначенные только директору ФСБ, напоминали о занятости этого человека.

Начальник Управления внутренних расследований Майкл Хоук, сидевший рядом с Артемом, тихо произнес:

– Мы в курсе. И наши юристы возражали против решения комиссаров ЕСИН освободить Хорста.

Почему вы не сообщили нам сразу о его исчезновении? Ведь прошло три дня, не так ли?

Камелия посмотрела на директора, и он негромко сказал:

– Их можно понять. Была поднята на ноги вся кримполиция Европы. Они считали, что легко найдут беглеца и заставят жить как законопослушного гражданина. Но вы не знаете главного. Час назад было совершено нападение на Вилора Лапарру. Он чудом остался жив.

Снова кабинетом завладела тишина.

– В принципе, – добавил Смехов после паузы, – это уже по нашей части.

Начинаем работать. Майкл, коллеги готовы дать нам все материалы, связанные с делом Ульриха Хорста. Начните сразу с режима «на уши».

Хоук кивнул. Режимом «на уши» в среде профессионалов Службы назывался императив «обнуление тревоги», приводящий защитную систему человечества в состояние боевой готовности.

– Второе: у меня нет полной информации по делу НЕСПАСЕ. Есть результаты?

Сидящие в кабинете мужчины переглянулись.