Рецидив

Он тоже, как и Брызгалов, пил пиво и рассматривал красочный рекламный буклет с видами Катара.

Максим подсел к нему, спросил по-английски:

– Разрешите?

– А? – выкатил на него воловьи глаза «хохол» Кондырин.

– Раша? – улыбнулся Максим.

– Не-а, Вкраина, – сказал капитан. – Инглиз?

– Йес, англичанин, – кивнул Максим, за несколько секунд успев просчитать посетителей бара и определить, что он не забит под завязку сотрудниками эмирской контрразведки Mubahith.

– Пива хошь?

– Оф коз.

Капитан подозвал официанта.

– Пива моему другу инглизу, такого же.

Официант, понимавший русскую речь, принёс кружку тёмного местного пива под названием «Harkoto».

Максим оценил это название по-русски, усмехнулся, но от пива не отказался.

– Гуд бир!

– А як же, – философски ответил Кондырин. – Думаю, из песка варят. План остаётся прежним, без изменений?

– Пока без. – Максим поднял кружку. – Камрад!

Пиво было так себе, но следовало поддерживать непринуждённость, и он его похвалил:

– Хорошее, действительно почти как наш английский эль, простоявший на жаре пару месяцев.

– Когда начнём? – продолжил деловой разговор Кондырин, не склонный к пустопорожней болтовне.

Остальные бойцы группы прислушивались к нему краем уха, но делали вид, что заняты своими заботами.

– Мне позвонят.

Максим снова поднял кружку.

Группа «Кресс» должна была завершить операцию, начавшуюся давно, ещё месяц назад.

Её основные этапы уже были закончены, определено местонахождение пленника, условия содержания в тюрьме, а главное – время и место передачи «русского террориста» в руки сотрудников ЦРУ, которые собирались вывезти его в США. Все необходимые меры для перехвата пленника были предприняты, и оперативникам Максима оставалось «самое простое» – закончить начатое другими сотрудниками спецподразделений ГРУ.

Он пересел к Брызгалову.

Небритый «немец» приветствовал его по-немецки, они стукнулись кружками.

– Выход?

Максим бросил взгляд на часы.

– Через сорок минут, если ничего не изменится. Переходим «на ухо».

Он имел в виду радиосвязь. У всех бойцов группы имелись рации, замаскированные под серьги или нашейные кресты, работающие на расстоянии до пяти километров, и с этого момента группа прекращала переговоры между своими по мобильным телефонам.