Рецидив

Хутор Синдор

7 июля, 13 часов дня

Установилась хорошая погода, и Пахомыч наконец занялся хозяйством: надо было починить застреху под крышей сарайчика, дверцу на колодке, убрать лежалую траву на краю огорода и подставить под ветки яблонь подпорки.

Поиски егеря Степчука и пропавшего пилота затянулись, велись вяло, отчего у Пахомыча сложилось мнение, что никого особенно не волнует, куда девались егерь и лётчик. Сам он Степчуку не сочувствовал, но не потому, что не любил бывшего зэка, он и видел-то его всего три раза, а вследствие сложившейся ситуации.

Просто так егерь пропасть не мог, а как он отбился от компании охотников и куда потом девался, можно было только гадать. На ум приходило лишь что-то совсем криминальное, типа – убили в ссоре. Потому как в «простую смерть» – утонул в болоте, к примеру, – Пахомыч не верил.

Когда он уже заканчивал сгребать траву, собираясь её сжечь, в огород прибежала жена:

– Тебе звонят, старый.

– Кто? – разогнулся лесник.

– Максим. – Она протянула мобильный телефон; «Нокиа» была старая, чуть ли не пятилетнего возраста, но работала исправно, хотя вид имела обшарпанный.

– На трубе, – сказал Пахомыч в микрофон.

– Дядя Коля, привет, – послышался голос племянника. – Извини, что беспокою, дело есть на полмиллиона.

– Да я вроде никому такую сумму не одолживал, – пошутил Пахомыч.

– И не надо. Нового ничего?

– Да что у нас может быть нового? Лоси так и не нашлись, медведи тоже. Вот с огородом вожусь, запустил со всеми нашими злоключениями.

Егеря до сих пор ищут, военные с ног сбились. Живём помаленьку. Что у тебя слышно?

– Примерно то же самое. Что ж ты мне не сказал про видеокамеру?

– Да странное дело, – Пахомыч опустил грабли, присел на ольховый пень, – запамятовал. Никогда такого со мной не случалось. Обнаружил её, камеру, значит, когда вы уже уехали. А опосля приехал ваш сотрудник, ну и я вспомнил, отдал.

– Кто её у тебя оставил, не вспомнил?

– Нет, – виновато шмыгнул носом старик. – Хоть убей! Она у меня почему-то в погребе лежала.

– Странно.

– Да уж, такая вот беда.

– Ладно, вспомнишь, позвони. Я к тебе скоро приеду, и, скорее всего, не один.

– С Олькой, что ли?

– Может быть.

– Понравилась девка? Красивая, хотя и строгая.

– Уж что есть…

– Буду рад видеть вас обоих, приезжайте.

Разговор закончился. Пахомыч посидел немного, чувствуя, как ноет поясница, глотнул водички из фляги и снова принялся сгребать траву. Однако закончить работу ему не дали.