Чужая кровь

 – А что, уже девять?

– Девять пятнадцать…[1 - 6 утра по времени Рокха?–?9, 00 Земли.] – подтвердил тот же голос. – У меня вживленная модель. Два часа и восемьдесят пять минут,[2 - В часе?–?100 минут. В сутках?–?20 часов. Их минута равна нашим 40 се– кундам. Сутки длятся около 22.2 земного часа.] и спутники засекут наши координаты. Еще от силы час, и мы будем на свободе…

– Если выживем… – пробормотала доктор Инци.

– А куда мы денемся? – попробовал ее успокоить Меддир. – Вряд ли нас похищали для того, чтобы уничтожить при попытке спасения…

– Папа!!! – полупридушенный крик Плокса заставил профессора вздрогнуть и дернуться всем телом.

– Я тут, сынок! Ты-то как тут очутился?

– Мы забежали в переход, а дальше я не помню…

– При чем тут дети? – прошипела Мелиолисса. – Их-то зачем?

– Не знаю… – произнес кто-то за спиной.

В этот момент самолет ощутимо накренился на бок и, судя по ощущениям, начал довольно резкое снижение.

– О, скоро сядем… – думаю, ситуация должна проясниться… – скорее для себя, чем для окружающих буркнул профессор.

Через мгновение ожило бортовое радио:

– Господа, я смотрю, некоторые из вас начали приходить в себя. Отлично. Очень большая просьба. Не надо разводить дискуссии, иначе я буду вынужден вас наказать. Все, что вам НАДО будет знать, я сообщу после приземления. Терпение, друзья мои, терпение…

Желающих ощутить на себе то, каким может быть неведомое наказание, отчего-то не нашлось. Даже на крики приходящих в сознание коллег по несчастью не раздавалось ни слова, ни шепота – угроза неведомого террориста проняла всех.

Впрочем, ждать посадки пришлось недолго – уже минут через пятнадцать лайнер коснулся взлетно-посадочной полосы, и, взревев включенными на реверс двигателями, быстро погасил скорость. Тратить время на маневрирование его пилоты не стали – буквально через минуту после того, как самолет прекратил движение, взвыли приводы грузового люка.

– Еще… Еще… Стой!!! – донеслось откуда-то снаружи, и, услышав глухой удар по корпусу лайнера, профессор понял, что их сейчас будут перегружать в машины.

– Взяли эту! И-и-и, р-раз!!! – Истошный женский визг, мат, донесшийся снаружи, и многоголосый хохот луженых мужских глоток.

– Теперь этого… Живее, живее!!! – командовал старший. – Хрыч! Лентяй! Сюда! Берем это тело!!!

Оказавшись в воздухе, Иор чуть не заорал от боли – скованные вместе запястья и щиколотки стрельнуло жуткой болью.