Чужая кровь

Один из двух добравшихся до убежища арбалетчиков, попытавшийся высунуться в окно, получил сразу четыре болта в грудь, и, хрипя, завалился на спину, слабеющими руками пытаясь вытащить пробившее его тело железо…

– Не высовываться! Встречаем внутри!!! – за– орал де Лайдион, показывая личным примером, где надо стоять, чтобы иметь возможность атаковать бегущих к входной двери и окнам милхинцев.

Первые два воина, ворвавшиеся в дом, были изрублены в капусту за какие-то несколько мгновений. Срывая с еще шевелящихся трупов латы, его солдаты натягивали их части прямо на свои лохмотья и тут же возвращались на свои места.

– Дом не подожгут? – подал голос один из его людей, когда отхлынувшие от дома гвардейцы дали гошшарцам небольшую передышку.

– Вряд ли… – пожал плечами Омар. – Он же примыкает к городской стене. Защищать это место над пламенем пожара будет невозможно, значит, туда смогут забраться наши воины, которые осаждают город с той стороны…

– Точно! – обрадовались помрачневшие от перспективы смерти в огне солдаты и заулыбались.

– А это что за артисты? – удивленно поинтересовался аккуратно выглядывающий на улицу арбалетчик.

Де Лайдион осторожно выглянул наружу и, бросив взгляд по сторонам, заметил группу из нескольких рослых воинов, одетых в какие-то пятнистые тряпки.

– Без лат. Плевать… – усмехнулся один из его людей. – Наверное, пришли посмотреть…

– Латники идут! – заметив, что гвардейцы, повинуясь командам офицеров, снова рванули на приступ, Омар расслабил руку с мечом и приготовился к бою…

…Латник, ввалившийся в дом, был на редкость широк в плечах, и, укрывшись за двумя щитами, просто оттеснил пытающихся пробить его защиту гошшарцев от двери.