Чужая кровь

Именно поэтому барон позволяет себе такое поведение…

– Ты хочешь сказать, что вы боитесь этих уродов в кружевах? – не поверила я.

– Стыдно сказать, но ты права… – понуро признался воин.

– Постой! А арбалетчики вон за теми бойницами? – показала я глазами на отверстия под потолком.

– И что они сделают против семерых Одержимых? – непонимающе посмотрел на меня Нодри. – Эти ненормальные не чувствуют боли! Расстояние до трона они преодолеют раньше, чем потеряют хоть одного человека. И Митриха Тринадцатого, а значит и Империи, просто не станет!

– А зачем вы позволили привести на прием такое количество вооруженных людей?

– Протокол, подписанный еще при деде нынешнего императора, гласит, что посол имеет право привести с собой семерых сопровождающих… Отступить от протокола – потеря лица… – объяснил воин и вздохнул.

– Ясно… – хмыкнула я и, расталкивая толпу придворных, двинулась по направлению к брату…

Объяснив ему ситуацию, я двинулась было обратно, но тут на меня обратил внимание охреневший от безнаказанности и собственной крутизны барон Моувлай де Найср:

– А это что за овца позволяет себе шарахаться в то время, как я говорю? – В художественном переводе в стиле моего мужа его речь звучала приблизительно в таком стиле.

– Да та, которой плевать на мелкого задрипанного мужичка, не способного найти собственное достоинство без помощи стоящих за спиной мордоворотов… – ляпнула я в том же тоне, и, поняв, что тормозить уже поздно, добавила: – Слышь, ты, барончик! А оно у тебя такое же тонюсенькое, как и твоя шейка?

Посол, обалдевший от такой наглости, разевал рот, как выброшенная на песок рыба, а на лицах стоящих за ним Одержимых промелькнули улыбки.

– Я требую ее жизни!!! – тонко завопил пришедший в себя барон. – Согласно пункту тридцать шесть… – дальше я не разобрала, – требую…

– Слышь, плакса! – выйдя из толпы придворных и остановившись в паре шагов перед ним, рявкнула я.

Глазки барона забегали по моей груди, обтянутой кожаной курткой, потом спустились ниже, на облегающие фигуру брюки, и непонимающе метнулись к рукоятям мечей, торчащим из-за моих плеч:

– Женщина? Не в платье? С мечами? Это у вас такой шут, господин император?

– Слышь, клоун! Испугался, что ли? – скорчив презрительную гримасу, процедила я.