Проклятие короля

И когда в его запястье начала вливаться тоненькая струйка тепла, король прикрыл глаза и еле слышно произнес:

– Король-упырь… Позорище…

– Да вы что, сир? – возмутился нависший над жертвой маг. – Это же нелюдь, ваше величество! За ним больше сорока доказанных убийств! Он приговорен к четвертованию. Смерть, которая ничего и никому не дает. А ритуал Передачи жизни дарит вам время. И счастье. Для вас, вашего сына и тысяч ваших подданных. Не травите себе душу, сир: не такая уж и большая цена за благоденствие целого королевства.

– И о чем же? – чувствуя, как холод Проклятия отступает перед неудержимой волной чужой жизненной силы, выдохнул Азам.

– О том, что вас любит народ, сир! О том, что люди, весьма далекие от политики, ценят все, что вы для них сделали. Это ли не признание? И вообще, вам не надоело рвать душу из-за жизней тех, кто ни во что не ставит ни вас, ни ваших подданных, сир?

«Я по-другому просто не умею…» – Слова, которые чуть было не сорвались с его губ, показались королю чересчур выспренними.

– Еще пара минут – и все закончится…

«Еще пара минут – и я высушу очередную жертву… – мрачно подумал монарх. – Уже шестую! А сколько еще их будет?»

Первые минут сорок после завершения ритуала Азам ненавидел больше всего: тело, будто забывшее о невыносимой боли Проклятия, трепетало от избытка энергии; жар от только что усвоенной жизни согревал душу так, что хотелось смеяться, а сожаление о жизни вассала казалось мелким и недостойным монаршего внимания.

«Упырь! Самый настоящий упырь…» – раз за разом повторял монарх, глядя, как эрр Урден смывает руны со ссохшегося тела убийцы. И сжимал кулаки, стараясь удержать чувство ненависти к самому себе, испаряющееся, как снег на жарком весеннем солнце. Только вот удавалось это плохо – ощущение силы в руках, лежащих на подлокотниках кресла, было таким острым, что сводило с ума. А ни с чем не сравнимое счастье, переполняющее сердце, пьянило сильнее молодого вина…

– Может, вернемся в вашу опочивальню, сир? – с трудом разогнув спину, устало поинтересовался маг.

– Нет… – тут же отозвался король: уходить из комнаты, в которой лежало тело убийцы, вдруг показалось Азаму кощунственным. Ведь там, за пределами лаборатории, он никогда не вспоминал о тех, кто отдал свои жизни для того, чтобы он жил.

– Как скажете, ваше величество… – Маг пожал плечами и, с огромным трудом добравшись до своего кресла, опустился на сиденье.